– Не каркай…

Но всё обошлось. Лифт открыл двери, натужно скрипнув, и все вышли на лестничную клетку.

– Звони, – распорядился Виктор, – да руку-то свою вытащи из-под пиджака. Небось стрелять-то не придётся. Не за тем приехали.

Дверь отворилась.

– Здравствуйте, Маргарита Львовна.

– Добрый день. Проходите. – Рита пригласила их внутрь, будучи в полной уверенности, что пришедшие были людьми полковника Романова. Она ничуть не удивилась, что прошло слишком мало времени. Она пребывала в состоянии полной рассеянности, всё казалось ей слишком стремительным и слишком замедленным в одно время.

– Мы со службы вашего мужа, – представился Виктор.

– Откуда? Ах да, конечно, а я подумала…

– Мы к вам заглянули по делу, Маргарита Львовна.

– Конечно, разумеется, по делу. Как же иначе. Кому же мы без дела теперь… Так всегда происходит, когда глава семьи умирает… Только по делу…

– Вы не беспокойтесь, – Кривошеин прошёл в комнату, не раздеваясь, и сел за стол. – Нам нужна ваша помощь, Маргарита Львовна.

– А чем я могу? Но если вы думаете, что я могу…

– Видите ли, перед своей кончиной Владимир взял документы, очень серьёзные документы.

– Документы? – не поняла Рита.

– Документы. Они лежали в небольшом портфеле.

– У него был портфельчик, я помню. Только я не знаю, где он сейчас. Признаться, я с тех пор особенно не приглядывалась, что тут у нас и как. Мы можем посмотреть. Вы не стесняйтесь, чувствуйте себя свободно.

– Премного вам благодарны, – Кривошеин подал знак сопровождавшим его людям

– Он часто приносил какой-то портфель. Но я же в его дела нос не совала, никогда не спрашивала, что он хранил там. Хотя последнее время я не замечала ничего такого, никакого портфеля… Правда, не до того как-то было… Похороны, поминки…

Оглядываясь назад, Рита не могла сказать с уверенностью, что при известии о гибели мужа она почувствовала себя раздавленной горем. Нет, она просто растерялась поначалу, затем испугалась. Она давно жила за его счёт, он был добытчиком, спокойным, но властным. Он знал, что для чего нужно, редко советовался с ней. Рита привыкла к такому образу жизни и никогда не задавалась вопросом, можно ли жить иначе. Вопрос возник сам собой, когда после поминок она осталась сидеть в доме одна. Денис ушёл, сказав, что ему нужно побыть наедине с собой, и Рита впервые задумалась, как ей жить теперь и могло ли всё сложиться иначе, если бы она когда-нибудь в прошлом вдруг захотела этого. Теперь, правда, это не имело значения. Всё сложилось так, как сложилось.

– Не могли бы вы вспомнить получше, – сел перед ней Кривошеин, неугомонно потирая руку о руку, – не могли бы вы, любезная Маргарита Львовна, припомнить, что было в тот вечер, когда Владимира… когда он погиб? Вы сами выходили на улицу, к подъезду?

– Я вышла, когда он уже умер. Там было много людей.

– Там не было портфеля? Может быть, он лежал подле него? Вдруг вы подняли его машинально и отнесли в дом?

– Не помню. Всё могло быть, но я не помню. Вы уж меня извините. А там что, на самом деле что-то очень важное? – виновато улыбнулась она.

– Ох! – не выдержал Кривошеин и вскрикнул, хватаясь за голову. – Там такое, что мы все… Видите нас? Мы пришли к вам за своим спасением, Маргарита Львовна. Нас в прямом смысле слова убьют за пропажу этих бумаг.

Он поднялся со стула, толкнул его нервно, и стул опрокинулся. Кривошеин вздрогнул и обернулся на звук. Его глаза помутнели, он пнул стул ногой, и изо рта его вырвалось некое подобие рычания.

– Успокойтесь, – Рита предостерегающе вытянула руки.

– К чёрту «успокойтесь»! – закричал он в ответ. – Что такое? Что происходит? За что это свалилось на мою голову?

– Виктор Степанович, – подступил к нему один из парней, предчувствуя, что Кривошеин мог вовсе потерять над собой контроль. Виктор отличался крайне неуравновешенным характером, а с того дня, как ему довелось увидеть взрыв автомобиля на улице, у него то и дело случались беспричинные приступы бешенства.

– Виктор Степанович, я прошу вас…

– Пошёл к дьяволу! Всех удавлю! Где чемодан? Ищите, скоты, ищите! Землю ройте! Стены ломайте! Ничего топтаться на месте, козлы тупые! За что деньги получаете, гады?!

Он раздвинул руками подступивших было к нему мужчин и бросился к ближайшему шкафу. Распахнув дверь, он вцепился в лежавшие внутри вещи и мощным движением вывалил всё на пол.

– Что вы делаете? – оторопела Рита.

– Молчать! Всем молчать! Всем искать! Убью! Заткните ей глотку!

Помощники Виктора стали неуверенно рыться в шкафах и заглядывать в выдвижные ящики столов. Один из мужчин надавил Рите на плечи, заставляя её сесть на стул.

Вдруг Виктор замер, уставившись на разбросанные по столу бумаги. Его рука потянулась вперёд и взяла несколько фотоснимков.