— Ты позовешь ее? Или мне позже зайти?

Можешь рискнуть. Говорят, благородное дело.

Всмотрелся в его лицо. Вроде улыбается. Кому-то наверняка кажется милым. А ощущения паршивые.

Не вызывает доверия. Никакого.

— Слушай, я знаю, по школе ходит много слухов, что вы с ней… вроде спите, — он усмехнулся. — Но я в них не верю. И с тобой конфликтов не хочу. Так что…

"Вроде? Идиот".

Дейвил не собирался дальше его слушать.

— Я не ебу, где она.

Развернулся, оставляя его за спиной, а после и за дверью.

Какого хуя он к ней приперся? И о каких "совместных занятиях" вел речь?

Сделал два широких шага к лестнице и остановился, разворачиваясь на месте.

Фоукс, зевая, спускалась со стороны своей комнаты.

Блять. Проснулась. Без него.

— Кто-то стучал? — остановилась примерно на середине лестницы.

— И ты полуголая решила посмотреть, кто пришел.

Он не спрашивал. Потому что это не вопрос.

Факт. Очевидный.

Она озадаченно посмотрела на себя сверху вниз.

— Я в пижаме, — фыркнула довольно спокойно.

— В блядской, трахательной пижаме, Фоукс.

Его голос тоже оставался на уровне спокойно-убийственный. Сунул руки в карманы пижамных штанов, наблюдая, как она переминалась с ноги на ногу на двух ступеньках.

— Кто приходил?

Она решила переключить внимание на другой вопрос.

Да, об этом действительно стоит поговорить.

— Корн.

Интересно, о чем она предпочтет умолчать из того малого, что ему уже известно.

Наблюдал за ее неподдельным удивлением с отстраненным, показным безразличием.

— Корн? — переспросила, хотя прекрасно расслышала с первого раза. — Зачем?

— Переживает, что ты не позавтракала.

Губы дернулись растянуться в смешке.

Решила, он шутит?

Вовремя сообразила, что нет. Он говорил серьезно.

— Это… странно, — пальцы сжали перила.

Ее реакция не нравилась ему все больше.

— Считаешь?

Давно ли так долго притворялся спокойным?

Бороться с закипающей злостью труднее с каждой секундой ее молчания.

Почему-то стало важно узнать, что именно связывает ее с этим зеленым ушлепком. И желательно без наводящих вопросов.

Чтобы просто рассказала. Сама. А не строила тайну как вокруг формулы.

Об этом он еще собирался с ней поговорить.

— Мы с Дани вчера занимались в библиотеке, я помогала ему разобраться в чарах, — она немного торопливо говорила, а он не слушал.

Мы с Дани?

Мы-блять-с-Дани?

Перед глазами заплясали темные пятна, подводя к стадии неконтролируемой ярости.

Остановись, Шам. Притормози немного.

— Что? — переспросил сухо, прослушав все, что она говорила после первых трех слов.

Она спустилась вниз, остановилась посреди комнаты напротив него.

— Ты прослушал? Мы занимались в библиотеке, он попросил помочь разобраться с чарами. Там осталось несколько тем, он наверно хотел договориться…

— Чарами? — прервал ее.

— Да, он попросил помочь, я согласилась, — пожала плечами.

Тонкая бретелька соскользнула с плеча, оголив кусочек груди. Взгляд пристыл к нежной коже. Длинные пальцы вернули скользкую ткань на место.

Представил, что не он открыл дверь Корну, а она. В таком виде. И при нем сползла эта блядская лямка.

Увиденное Дейвилу не понравилось. И это напрямую повлияло на его ответ.

— И ты наивно решила, что ему нужны твои глубокие познания?

Фоукс сложила руки под грудью, не желая мириться с резким тоном.

— А что, по-твоему, ему надо?

Воображение живо нарисовало Корна между ее ног.

Рыкнул, поворачиваясь к лестнице.

Она на самом деле такая наивная или прикидывается?

— Оттрахать он тебя хочет, — поднимался, не смотря вниз, на нее.

— С чего ты…

Подался вперед, опираясь на перила, не собираясь слушать ее возмущения.

— Блять, Фоукс, ты все еще живешь в сказке?

Захлопнул за собой дверь, не дожидаясь ее ответа.

Сука!

А что ты хотел, Дейвил? Что не найдется желающих к ней подкатить? Зеленый ушлепок ясно сказал "я не верю слухам", и наверняка найдутся другие с таким же мнением.

Никто не знает, что она — твоя. Значит, дорога свободна и можно прокладывать путь к ее наивному сердцу.