ПОСЛЕДНЯЯ ТРЕВОГА

Вой сирены, долгий и тоскливый. Звонок телефона, спокойный голос дневального:

– Бросайте работу, сирену слышите?

Вот так началась моя последняя тревога. Не знал я тогда, что последняя... А и что бы изменилось, если бы знал? Быстрее собрался, тщательнее подготовился? Вряд ли. Некуда уже было быстрее и тщательнее. Постарался бы получше все запомнить? Да я и так помню их все до единой - и боевые, и учебные. Так же хорошо помню, как и людей, с которыми сводила служба. Как и участки всех наших застав, все эти бесчисленные сопки, мосты, речки, столбы заграждения... Все море событий, произошедших за пять лет моей службы, намертво впечаталось в мою память, стерев значительную часть воспоминаний детства и юности. Странно устроена человеческая память. Спустя много лет я по-прежнему четко помню не то что участки местности или названия рек, а даже запахи, трещины в бревнах мостов, число и расположение подгнивших или выдавленных из мокрой земли опор заграждения. А их ни много ни мало - через каждые три метра на трехстах километрах. До сих пор во сне и наяву вижу каждую вышку, каждую сопку...

***

Тревога посреди рабочей недели - от такого мы давно отвыкли. Я даже сначала подумал, что учебная. Но, пробегая по плацу, увидел выруливающие из автопарка транспортные машины и прибавил скорости, понял - обстановка. Влетел домой, привел себя в "тревожный порядок", вернулся в мастерскую за оставленным там псом - лопоухим охламоном Чипом - и встал в строй. Довели обстановку: старшина-срочник и двое солдат из танковой части укрепрайона перестреляли резервную смену караула и убили часового при попытке захватить БМП резерва "первой очереди", то есть с полными баками и боекомплектом. Что странно - все трое старослужащие, а не задолбанные "дедовщиной" сопляки. К счастью, это им не удалось и теперь, разделившись, бегают где-то на участке девятой заставы. Наша задача - блокировать их перемещение и вызвать армейские подразделения на захват. Это хорошо, сами прощелкали - пусть сами и берут. При себе дезертиры имеют четыре автомата, ручной пулемет, гранаты РГД и солидный запас патронов. Ничего себе! В тылу девятой полно всяких окопов, ДОТов и прочей дребедени, каждая сопка превращена в укрепрайон и все это поддерживается в хорошем состоянии. Если где-нибудь там засядут, крутая "маленькая война" может получиться. Я уже подумывал о том, чтобы быстренько свести своего недопеска Чипа на питомник, но ЗНШ приказал всех собак брать с собой - мало ли что...

На раздаче заданий он кивнул на Чипа:

– Твой юноша след берет?

– До часа давности уверенно, а дальше мы еще не проверяли.

– Пойдешь в поисковую. Сколько твоих стариков в наличии?

– Пятеро.

– Двоих отдашь мне, сам выбери, кого. Молодняк не бери.

И тут влез в разговор наш начальник медслужбы, черт бы его забрал:

– Его в поисковую нельзя! Его вообще никуда нельзя, у него нестроевая категория! И, между прочим, предстоит комиссия на профпригодность, от которой он уже давно скрывается. Я после такой травмы не имею права выпускать его в поиски, а он все ездит и меня в грош не ставит. Это форменное безобразие!

Я уже набрал воздуха, чтобы послать его подальше, несмотря на всю признательность и уважение, но ЗНШ не терпящим возражений тоном выдал новую задачу:

– С этим потом разберемся. Возьмешь с собой "Фару", "Трос"*, снайперку и на своей машине выдвинешься сюда, - он отчеркнул ногтем точку на моей карте, - одного из своих мне все же отдай. Доберетесь, сориентируешься на месте, займете позицию секрета и только после этого выйдешь на связь. Позывной - твой личный номер. Пес твой будет работать с кем-нибудь из твоих ребят?

– Нет, - соврал я. Еще не хватало! Мало того, что солдат вечно отбирают, так еще собственную собаку неизвестно в какую переделку отдай этому злодею! Он мужик лихой, вряд ли будет армейцев вызывать, если сам кого найдет...

Спросил у своих:

– Кто с ЗНШ в поисковую хочет?

Все пятеро сразу сделали шаг вперед, переглянулись и заржали. Я злобно прошипел "Предатели!", сжал кулак, тряхнул и выкинул три пальца. Остальные тоже, кто сколько; мы посчитались - выпало Мишке. Жаль, лучший "фарщик" и снайпер отличный, но переигрывать не стали - примета плохая.

Через десять минут, оставив загрустившего Чипа лежать в свободном вольере, мы, обогнав на нашем лихом УАЗике колонну отряда, мчались в указанный квадрат. Местность мы там знали прекрасно, могли без карты и компаса ходить. Получалось, что засесть должны в центре оцепленного квадрата, в "карбышевском" ДОТе. Это довоенное, в три этажа под землю сооружение находилось на высоте, контролирующей два здоровенных распадка, по которым проходили заброшенные дороги в сторону границы. Вокруг, на вершине, были нарыты траншеи и окопы круговой обороны. Добравшись, мы загнали УАЗика в кусты у подножья сопки. Пока мы с Жуком готовили запасную радиостанцию, маскировали машину и опутывали подходы контактной нитью "Троса", ребята тихо поднялись с трех сторон к ДОТу, проверили его и перетаскали снаряжение. Когда мы поднялись наверх, по окружности распуская нить, Андрей с Лешкой уже установили и настроили "Фару", а Сергей вырубил кусты, выросшие перед амбразурами, и замаскировал ими позицию. Потом мы натаскали травы и веток внутрь ДОТа и выложили два царских ложа. Когда полностью обустроились, я связался со штабом и доложил о полной готовности ловить всех подряд. Бессменный поисковый связист Репнин велел постоянно быть на связи и не хлопать ушами, потому что мы были одни на много километров, вокруг бродили только редкие поисковые группы. Часть заслонов ушла далеко к границе, а остальные перекрывали дороги и подходы к поселкам.

Пока не стемнело, мы все выбрались на воздух и расположились кругом неподалеку друг от друга, осматривая местность. Глазея вокруг, ребята тихо болтали обо всем подряд. Настроение после "нападения" медика у меня было неважное - очень я не хотел ехать на эту медкомиссию. Поэтому, сидя в траншее и оглядывая в бинокль свой сектор, я в разговоры не вступал. Бойцы мои не оставили это без внимания, и Андрей окликнул:

– Чего не в духе, командир? С Таблеткой поругался?

– Не с Таблеткой, а с начальником медслужбы... Да комиссия эта, черт бы ее драл! Я уже два месяца назад ее пройти должен, вот он меня и отлавливает.

– Слушай, а если они тебя все-таки уволят, что с нами будет, кого поставят вместо тебя?
– спросил Лешка.

– Типун тебе на язык, "уволят"!.. Не знаю я, Леха. Свято место пусто не бывает. Не найдется прапорщика или "сверчка" - поставят сержанта-срочника, как до меня было. Тебя, например, или Серегу. Может, из молодых кого...

– Да не расстраивайся ты, обойдется. А нет - так все вместе на дембель поедем: ты, я, Андрюха. Плохо, что ли?
– отозвался Вовка.