Это всегда так? Ночь провели и гормоны успокоились?

Машина пикнула на сигнализацию, а Илья, убрав руки в карманы брюк, направился по тротуару в сторону тяжелой, стеклянной двери. Возле здания Карателей приглашенные гости занимали свободное пространство, курили на свежем воздухе и мешали входу и выходу. Илья приблизился к толпе, оттуда сразу отделилась одна женская особь, в голубой, пушистой шубе. С большого расстояния я разглядела только ее темные короткие волосы примерно по плечи, и ноги в капроновых колготках. И что заметно — женщина одного роста с Ильей. Она подошла к нему, нарушая личные метры, и обняла моего Единственного за шею. Руку с сигаретой положила на мужское плечо и говорила ему почти в губы. Обдавая дыханием, едва не целуя.

А Илья руки засунул в карманы брюк, выражение его лица не видно.

Как на невидимкой нитке потянуло вперед, когда оба зашла в здание Карателей. Илья галантно придержал ей дверь, пока та заходила. А я поспешила на зебру, разлинованную на очищенной от снега дороге.

Я добровольно шла в здание Карателей! Более того скоро должен подъехать Артем, а я уходила! Но любопытство подталкивало в спину, заставляло идти быстрее. Платье не позволяло делать широкие шаги, поэтому приходилось частыми, но короткими. Хвост платья противно бил по ногам.

Гостей при входе в здание гордо проигнорировала, будто местная.

И что я могла сказать? Здравствуйте, у меня тут Единственный ходит в обнимку с женщиной, пустите пожалуйста? Приходилось импровизировать.

Едва влетела через стеклянную дверь в здание, справа обнаружила охранный пункт. Мужчина средних лет в темно-синем костюме сидел на посту. Сама серьезность, грация и спокойствие.

— Добрый вечер! — кивнул он.

— Извините, а не подскажете на каком этаже празднество? — постучала ноготком по столу рядом с мужчиной. — Я опоздала немного! Ух, у вас очень жарко! — распахнула полы куртки и ловко стянула. Ладонью помахала возле розовых щек — после мороза они всегда такие.

— Ваш пригласительный, пожалуйста! — завел шарманку мужчина.

Трюк с соблазнением не прокатил, ясно. А я после ночи с Ильей чувствовала себя самой красивой, если не на всем свете, то в Приаме точно.

— Понимаете, в чем дело, — руки сложила на его столе, и грудью навалилась на кисти, почти на ухо мужчине зашептала. — Мой единственный где-то там! — указала пальцем в потолок над нами.

— Я его рассердила, понимаете... пока волосики распрямляла, — взяла прядь темных идеально-гладких волос и подняла на уровень наших лиц. Поджала обиженно губы. — Потом макияж наносила, а он рассердился и не дождался. Ушел на банкет, а билеты у него! Ну, пожалуйста! — сморщила лоб. — Будьте любезны, пропустите.

— Не положено без пригласительных, позвоните, пусть спустится! — сухо проинформировал мужчина и отвлекся от разговора.

Сзади к столу подошла пара гостей и протянула билеты. Охранник записывал имена, проверял подлинность пригласительных.

А я отвернулась боком, убрав глупую улыбку и надутые губы.

Ну, твою мать! Как сказал бы Илья!

Ногтями постучала по столу, барабанной дрожью стараясь заставить мозги функционировать. Что предпринять? У кого-нибудь пригласительные выкрасть? И тогда меня сожгут на площади, как чучело чудовища, в Темный День.

Обычно я питалась страхом и не замечала процесса. Кормежка происходила автоматически. Где-то отдаленно, как за гущей воды, слышала бурчание человека, мысли испытывающего страх. Кушала и не обращала на это внимания. И сейчас я чувствовала человека, который испытывал несколько страхов. Я пошла по этой волне, подключилась, зацепилась за нить. Слушала и слушала, делая мысленно громкость больше в голове.

Эмоциональный контакт с охранником не обрывала. А он — человек! Какое везение! Ну и чего глупый человечек боится?

Когда гости оставили вновь нас с охранником вдвоем, я опять локти поставила на стол.

— Девушка, извините, но я правда не могу! — жалобно пролепетал мужчина. Будто ему действительно хотелось бы пропустить.

На миг совесть погрызла внутри, даже возникло желание заткнуть свой рот, но нет. Я заткнула совесть поглубже и подальше в глубину себя. Пусть там посидит, нечего каждый раз вылезать наружу.

Потом озвучила:

— Ваша запечатанная — страшная женщина! Сковородкой вам зуб выбила как-то раз...

— Откуда вы...? — перебил ошеломленный охранник. Распрямился на стуле, став вдруг выше, заозирался в поисках, вероятно, своей женщины.

— Каждый сосед в вашем доме знает эту историю, — отмахнулась я. Правда, сказала это наобум. В страхах мужчина это не шептал. — Ваша запечатанная оооочень разозлится, когда узнает, что вы еще одну женщину запечатали и у вас скоро родится ребенок!

— Проходите! — отмахнулся мужчина, взгляд спрятал на столе. Точнее, на экране компьютера рядом с собой.