И в этом мире, похоже, намечается «венец безбрачия», про который одна бабка моей матери нашёптывала.

Проревела тогда я в подушку пол ночи, наверное. А утром, как обычно, мозги на место встали. Мне же тут ещё и восемнадцати нет! Какие отношения? Учиться надо. Детям помогать на ноги встать.

С этим настроем и начала новый день. Первым делом, решила Георга найти, чтобы узнать: передал ли он моим Кузнецовым деньги.

Алекс вертелся под дверью общежития и, завидев меня, кинулся навстречу с выражением брошенной собаки на своей магической морде.

– Машенька, мы… там… все… немного медовухи выпили. Или много. Сам не знаю, как получилось, что я кем-то поцеловался. Маш, я её даже не помню!

Я пыталась пройти, но Алекс загораживал мне дорогу.

– А меня, значит, вспомнил? – ехидно спросила.

– Тебя? Тебя всегда помню. Вчера, как только тебя увидел – вся медовуха выветрилась, будто и не пил. Смотрю, девка какая-то в меня вцепилась… Маша…

– Пропусти, Алекс! Мне нужно срочно Георга найти.

– Георга? Зачем? Мне назло? Чтобы отомстить? Или он тебе нравится? Значит, он правду говорил, что ты под его коня бросалась, чтобы привлечь внимание?

– Ну почему сразу бросалась? Я тогда просто подошла к нему поговорить.

– И сейчас идёшь к нему, чтобы просто поговорить?

– Да. Я очень сильно хочу поговорить с ним. Вы же из одного общежития. Не знаешь, Георг уже вернулся из Каменска?

– Что ж… Иди, разговаривай… Я видел его, когда он сегодня утром шёл из портального зала.

– Так пропусти, и я пойду.

– Что? В самом деле пойдёшь к нему?

– В самом деле.

– Ну и иди! Навязываться не привык.

Я сделала несколько шагов. Алекс закричал вслед:

– Его, кстати, скоро ждёт суд за жестокое отношение к тебе, а ты…

Так мы и расстались. После этого разговора Алекс не приближался ко мне уже два месяца.

– Мария Кузнецова! – нетерпеливый окрик заставил меня вынырнуть из мыслей о моих первых днях в академии и вынудил сделать несколько шагов, чтобы оказаться в центре «арены».

– Это я. Здравствуйте.

– Как тебе в голову пришла идея использовать руну второго дыхания для неживых предметов, девочка? – тон вопроса был прямо-таки отеческий.

– Я не знала, что она только для живых. В том фрагменте книги, где я прочла про эту руну, такого не было написано. – ответила честно.

– Насколько нам известно, ты прибыла на остров с материка менее года тому назад?

– Да, в первый день осени. Я нахожусь у вас восемь месяцев.

И вдруг, вопросы посыпались со всех сторон. Кроме архимагов, которые обращались ко мне, называя «девочкой» и на «ты», видимо, подключились репортёры и остальные. Я почувствовала себя так, будто находилась под обстрелом. Стояла молча, просто потому, что в такой какофонии звуков моих ответов никто не расслышал бы.

– Для чего ты изучала руны, едва прибыла на остров? Откуда ты узнала о них?

– Правда ли, что в приёмнике Вы подверглись жестокому обращению и едва не погибли?

– Ты, действительно, была неграмотна ещё в начале этой осени и поступила в магическую академию?

– Какие у Вас отношения с сыном архимага?

– Правда ли, что Вы были замужем на материке и у Вас есть бездарные дети, которые остались с отцом?

На этом вопросе я едва не рассмеялась.

– Как вам пришло в голову создать подобный прибор?

– У меня вызывает серьёзные сомнения, что воздушная нулёвка с материка смогла придумать прибор для, преимущественно, огненной магии, и, при этом, догадаться использовать руну сжатия, активировать которую может только сильный маг! Это всё чей-то грандиозный обман, с неизвестной, пока, конечной целью!

Наконец, магическая общественность притихла, ожидая моих слов. А я, и так сильно нервничала, а последнее высказывание показалось вдруг таким обидным и несправедливым, что я почувствовала зарождение огня в груди. Стараясь удержать магию под контролем, я заговорила:

– Господа, я буду отвечать на ваши вопросы по очереди, и только на те, которые мне удалось расслышать. Книга по рунам мне попалась в библиотеке ментора случайно и оказалась полезной. В приёмнике я, действительно, подвергалась жестокому обращению, но я не специалист и не знаю, несли ли действия ментора и его помощников смертельную опасность для меня. Читать и писать я научилась этой осенью. У меня нет отношений с сыном архимага. Я не была замужем на материке, а дети… Дети есть. Одиннадцать чудесных мальчиков и девочек.