— Твоя любовь к ним имеет разные истоки. К Хасину ты привязана с детства и многими вещами. А Кассиан — твоя влюбленность, перетекшая в серьезное чувство. Ты не можешь обещать им одного и того же, — мягко улыбнулся мужчина. — И я не стану тебя учить или что-то доказывать. Я просто скажу, что со временем ты разберешься, — загадочно добавил дракон, зная, о чем говорит.

— А не в чем разбираться, — грустно улыбнулась принцесса, не заметив намека в глазах друга. — Я выйду замуж за Кассиан. И как только это произойдет — потеряю Хасина. Не потому, что стану принадлежать другому. А потому, что он уйдет. И я не имею права удерживать его. Хотела бы, но не смогу — он не даст мучить себя еще больше.

— Хасин знал, на что шел, когда открывал тебе свои чувства. Он с легкостью мог сделать вид, что ничего нет, и ты все придумала. Но не сделал. За это он и расплачивается — за то, что вмешался в чужую Судьбу.

— Я постоянно слышу о ней, — горько усмехнулась Анна, качая головой, — о Судьбе. Но ничего о ней не знаю. Мне с детства говорят о том, что я не имею права решать сама, что не могу управлять своей жизнью, что за меня это делает Судьба.

— Это ведь так, Анна, — мягко произнес Ринар. — Еще до твоего рождения было предсказано, с кем ты проживешь свою жизнь.

— То есть право выбора было отнято у меня задолго до первого вздоха? — нервный смешок сорвался с ее губ.

— Ты драматизируешь, — усмехнулся дракон. — Ты вправе управлять своей жизнью. Вопрос в том, что любое твое действие все равно приведет к одному и тому же. Да и разве ты сможешь отказаться теперь от Кассиана, когда любишь его? Разве можешь даже подумать о том, что его не будет в твоей жизни? Что вы не станете супругами? Что он однажды не заберет тебя с собой?

Нет, Анна не могла и не хотела представлять этого. Ее жизнь уже тесно связана с ее принцем, и она не хочет этого менять. Порой ловила себя на мысли, что пытается усидеть на двух стульях. Ловила, и тут же выбрасывала ее из головы, поддаваясь непривычному ей легкомыслию и беспечности. Она сказала однажды Хасину, что хочет просто наслаждаться жизнью, не думая о завтрашнем дне, ведь знает, что ее ждет. Она просто пыталась поймать момент. И делала это, вопреки его частому сопротивлению и собственному разуму, который молил ее о благоразумии и морали.

И сейчас, глядя в спину едущего впереди нее беловолосого демона, Анна подумала о том, что будет продолжать в том же духе. Она будет жить одним днем, будет наслаждаться запретной любовью своего демона всеми возможными способами. И в первую очередь не потому, что эгоистка и ей так хочется. А для того, чтобы Хасин тоже наслаждался этим. Чтобы их время навсегда осталось с ним, как нечто прекрасное, радостное и не омраченное ревностью и болью. Скоро Кассиан уедет, и даст им обоим время лишь для них двоих. Они оба будут знать, что где-то есть их брат и будущий муж, и они никогда не забудут о нем. Анна будет скучать по своему синеглазому принцу, по его озорной улыбке и поддевках, которыми он пытается ее расшевелить и смутить. Будет ждать встречи с яростным нетерпением. А Хасин никогда не забудет о сопернике, или даже не так — о полноправном претенденте на ее жизнь и любовь. Никогда не поставит себя на место брата, никогда не возьмет у него то, что его по праву. Они всегда будут вместе с мыслями о третьем. Неизменно между ними будет будущее в лице Кассиана. И они смирятся с этим — уже смирились. Во всем найдут свои положительные стороны, и возможность не причинить боли любимому для них обоих человеку.

— Почему всегда Улица Роз? — проворчала Анна под тихий смех Хасина, когда они ехали вверх по дороге. — Неужели в городе больше нет мест для встречи?

— Здесь все не так публично, — хмыкнул демон, весело посмотрев на нее поверх повязки.

— Не так публично?! — и Анна красноречиво посмотрела в сторону более чем публично выставляющих себя напоказ Роз, зазывающих клиентов в бордели или таверны.

— Здесь никого не удивит наша скрытность, — ответил Хасин. — Здесь большинство притворяются не теми, кто они есть на самом деле.

— Скрывают свои похождения от жен? — скривила носик принцесса, глядя на мужчин, жадно разглядывающих доступных девушек.

— И от мужей, — наклонившись к ней, почти интимно прошептал Бастард, кивком головы указываю на довольно молодую женщину, которая выбирала себе Розу.

Анна смотрела и не верила, а Хасин лишь весело рассмеялся над выражением ее лица.

— Как же ты еще невинна, — покачал головой молодой мужчина, весело сверкая серыми глазами.

— Пожалуй, я бы хотела такой и остаться, — проворчала девушка, утыкая взгляд в гриву Харди, чтобы не увидеть еще чего-нибудь столь же поражающего и невероятного.

— Ты не поверишь, как много из того, что сейчас вызывает в тебе возмущение и стыд, в скором времени начнет приносить удовольствие и наслаждение.

— Например? — фыркнула недоверчиво принцесса.

— Я как-нибудь тебе покажу, — и демон порочно сверкнул глазами, заставив ее покраснеть, а сам заливисто рассмеялся: не меньше брата он любил выводить на эмоции свою маленькую невинную Амани.

Настроение Хасина значительно улучшилось, когда проблема с состоянием Анны практически решилась. К тому же снятие браслета поможет решить еще одну — найти мага, который создал его для принцессы. А что может быть лучше того, чтобы поквитаться с тем, кто едва не погубил самое дорогое для него в жизни? Лишь яростное возмущенное сопение девушки под маской да ее красноречивый взгляд, обещающий ему расплату за такое поведение.

У уже знакомого Анне особняка Хасин спешился и помог ступить на землю ей. Тут же рядом возникли два Стража, взяв поводья лошадей.

Обстановка внутри разительно отличался от той, что помнила принцесса. Вместо невесомых одеяний и украшений на девушках и в главном зале, повсюду были тяжелые портьеры, свет приглушен до полумрака. А сами Розы закутаны почти в пристойные наряды, если сравнивать с теми, что были на них в прошлый визит сюда Анны.

— Здесь каждый день новая обстановка, — пояснил Хасин, заметив удивленный взгляд девушки.