Адвокат что-то зашептал Дэвису на ухо. Лицо Гарта сначала окаменело, но потом вдруг разгладилось, будто он снова вошел в роль политика.

– Гренвилль был врачом нашего города. Он лечил простуды, грипп и разбитые коленки. Больше я ничего не знаю.

– Хватит, мэр Дэвис, - произнесла Хлойя. – Не держите нас за дураков.

Дэвис и его адвокат снова зашептались.

– Мы хотим пойти на сделку.

Хлойя покачала головой:

– Нет, пока я не узнаю, что вы можете нам предложить.

Адвокат откинулся на спинку стула:

– Значит, у него для вас ничего нет.

Люк разложил фотографии на столе:

– У меня есть еще куча других фотографий подобного рода, на которых мэр Дэвис ухмыляется в камеру, насилуя очередную девушку.
– Он посмотрел Дэвису в глаза.
– У вас и так уже ничего нет. Вы можете только надеяться на то, что мы относительно милостивы, но в данный момент моя тяга к милосердию довольно ограниченная. Так что не теряйте больше моего времени.

Дэвис посмотрел на своего адвоката. Тот кивнул.

– Клуб был идеей Тоби и Саймона. Все начиналось как игра, но со временем каким-то образом она вышла из-под контроля.

– В вашу бытность членом клуба вы разговаривали или встречались с кем-то посторонним?

– Нет.

– Где происходили изнасилования?

– Это зависело от погоды. Если тепло, то на свежем воздухе, если холодно – в помещении.

– Где? – резким тоном повторил Люк. – Я хочу знать конкретно.

– В разных домах. В разных квартирах. Зависело от того, чьи родители были дома.

– Вы когда-нибудь использовали дом или какое-то другое помещение, не принадлежавшее членам клуба или их родственникам? – поинтересовался Люк.

– Да, один раз. Мы хотели завалиться к Тоби, но потом заболела мать Джареда, и прием, который она собиралась давать, отменили. Это означало, что наши родители останутся дома. Тоби организовал для нас другое местечко. Хижину.

Люк выдохнул:

– Где находится эта хижина, и кому она принадлежит?

– Этого я не знаю. Тони отвез нас туда в мини-вэне. Машина была без окон и принадлежала садовнику его матери. Переднее стекло Тоби завесил какой-то тряпкой, чтобы мы не видели, куда едем. Саймон сидел сзади и следил, чтобы никто не отодвигал эту тряпку. Никто и не пытался отодвигать, так как Саймон уже тогда был психом.

– Как долго вы ехали?

Во взгляде Дэвиса промелькнула хитринка.

– Этого я не помню.

Недовольное фырканье Хлойи подсказало Люку, что она тоже это заметила.

– Я думаю, помните, мистер Дэвис.

Гарт повернулся к своему адвокату:

– Уведите меня отсюда. А вы ищите дальше.

Что искать? Или кого?

– Наверное, тяжело, когда тебя бросает собственная жена? – вежливым голосом протянул Люк. – И когда не знаешь, где дети, и все ли хорошо у них? У вас ведь два мальчика? Семь лет и четыре. Такие маленькие, а уже в бегах! Снаружи подстерегает столько опасностей.

На щеке Дэвиса задергался мускул.

– Вызнаете, где они.

Люк повел плечом:

– Этого я не помню.

Дэвис снова сел:

– Я хочу видеть жену и детей. 

– Возможно, я смогу это устроить, - спокойно ответил Люк. – Как далеко вы заехали в ту ночь?

Глаза Дэвиса превратились в ледышки.

– Ехали не больше часа. Это была хижина. Высоко в горах.

– Это все? – спросил Люк. – Никаких даже приблизительных ориентиров?

– Это, черт возьми, просто хижина, - прошипел Дэвис. – С камином и крохотной кухней. Как и любая другая убогая хижина в горах.

– Какие-нибудь безделушки, что-то, что может подсказать, кто пользовался этой хижиной?

Глаза Гарта стали еще холоднее.

– Да. Я расскажу вам об этом, но только, если смогу увидеть своих детей. До этого нет. Я понятия не имею, почему эта хижина так важна для вас, агент Пападопулос, но она важна, и это все, что я могу вам в данный момент сообщить.– Он поднялся. – У меня все.

Хлойя подождала, пока Дэвис с адвокатом не покинули помещение.

– Очень вас прошу рассказать мне, о чем вообще идет речь.

Люк вздохнул:

– Гренвилль кое-что успел сказать. Это навело нас на мысль, что у него был кто-то вроде наставника. Возможно, кто-то другой дергал за ниточки. За свои ниточки.

– Может, это его партнер по бизнесу, связанного с торговлей женщинами, - предположила Хлойя. – А может, и нет. Может, он владелец хижины, а может, и нет. – Она внезапно улыбнулась.
– Тем не менее, очень умный ход, Люк. Теперь у нас есть кое-что, и у меня нет необходимости идти на уступки. Сделка, возможно, все равно состоится, но эту карту я разыграю только в самом конце.