Работяги за один присест быстро осушили содержимое фуфырика. У Петровича вмиг «загорелся глаз», и его тут же потянуло на философские темы.

— Мы, пролетарии, рабочий класс, в Советском союзе как в броне! — Вытолкнул наружу первую мысль Казимир. — Вот ты, Иван — детдомовский. Работу имеешь — раз. Койку в общаге — два. В очереди на жильё стоишь — три.

— Баб ещё до кучи имеет, — подсказал соратнику по труду дельную мысль Данилыч.

— Точно, — согласился Казимир Петрович. — Но…

Чем хотел было возмутиться Казимир, осталось загадкой, так как на огонёк заглянул мастер Ефимка, и потребовал немедленно приступить к выполнению служебных обязанностей. А я подумал, что нужно книжку какую-нибудь взять в библиотеке, чтобы было чем заняться, пока руки сами работают, выполняя норму на сто два процента.

После обеда прибежала взволнованная врачиха и долго уговаривала, чтобы я срочно зашёл на медицинский осмотр. Я же ответил, что не имею права в день знаний, когда все школьники как один сели за парты, увиливать от созидательного труда, прячась в медицинском кабинете. Ольга Борисовна предложила ещё раз подумать, а я сказал, что обязательно.

— В следующий раз на бюллетень не рассчитывай, — обиженно пробурчала знойная женщина, «мечта поэта».

Однако посетители на сегодня для меня не закончились. Появился около станка странный мужик в пиджаке с хитрыми и бегающими глазками. Он постоял, покряхтел справа, разминая в руках толстую тетрадь, затем обошёл слева.

— Если срочно надо что-то фрезернуть, то иди к мастеру, — пробурчал я недовольно. — Я не шабашу. Если только завтра и то не точно.

— Иван, не признал что ли? — Удивился мужик в пиджаке. — Это же я Самсонов Олег Палыч, физорг наших ремонтных цехов, механического и инструментального.

— Ну-ка отойди, — попросил я физорга. — Голову немного набок, улыбнись, боком повернись. Едрит мадрит, Самсонов, сукин сын, сколько лет, сколько зим?! — Картинно обрадовался я. — Чё пришёл-то?

— Кроме тебя некому постоять за честь подразделения, — затараторил Олег Палыч. — С сегодняшнего дня «Спартакиада» предприятия стартует. Нужно метнуть гирю.

— Куда метнуть? — Я выключил станок и присел на табурет, так как ноги за смену уже порядком устали.

— Да никуда, а на численность, то есть на сколькость. В общем, чем больше раз метнёшь, тем лучше. Значит, записываю тебя, — Самсонов открыл тетрадь и стал там что-то строчить. — Сегодня в восемь часов в спортзале ДК ГАЗ, форму иметь свою при себе.

Вдруг в проходе между стеллажами с заготовками появилась молодая девчуля лет примерно девятнадцати, плюс минус пару лет, в платье выше колен по теперешней смелой моде, и в туфлях на толстом каблуке. Ну, я естественно отвлёкся, посмотрел на новую персону женского пола. «Немного худовата», — автоматически отметил мой трудовой мозг. Я ей — приветливо улыбнулся, она мне — приветливо улыбнулась. А физорг Палыч почему-то враз посерел в лице.

— Я тебе чего сказал! — Цыкнул он на девушку. — Иди быстро в профком! А ты, куда пялишься кобель?! — Это уже предназначалось моей персоне. — Мало тебе местных баб? Кобелина такая! Со «Спартакиады» снимаю. Вычёркиваю!

Самсонов вскочил и побежал прятать своё «сокровище» от моих загребущих рук и прочих членов организма.

Но разговор имел продолжение быть, когда я после смены намыливал себе спину в душе.

— Ваня! — Окрикнул меня Самсонов из раздевалки. — Ты там?

— Нет меня! Чё надо? — Я перевёл мочалку в другую область тела, которая была чуть пониже спины.

— Выручай честь подразделение, — промямлил физорг. — Токарь Смирнов из ремонтно-механического спину дёрнул. На тебя одна надежда.

— Кто там сегодня с тобой приходил? — Я уже откровенно начинал посмеиваться над Самсоновым. — Дочь что ли?

— Ну? — Буркнул физорг.

— Познакомь, тогда метну я эту твою железяку, — хохотнул тихо я.

Дальше я услышал, как мужчина, что-то зло прошептал, и хлопнула дверь раздевалки.

Третий раунд переговоров состоялся уже около проходных завода. Самсонов очень долго жаловался на то, что уже третий год подряд наши цеха занимают последние места, что денег хронически не хватает, что мужики спиваются и последняя надежда только на мою молодецкую удаль.

— Ладно — махнул рукой я. — Не хочешь с дочерью знакомить, так и быть выписывай премию в сто рублей и по рукам!

— Она только-только в институт поступила, — жалобно проблеял физорг.

— Да успокойся, — я хлопнул Самсонова по плечу. — Всё равно она не в моём вкусе. Я люблю, чтобы было за что подержаться. Чтоб задница, как орех. Сегодня в восемь приду. А ты деньги ищи на премию. Если физорг, значит должен уметь организовать финансовую заинтересованность!