Сражение на полигоне завершилось так, как и предсказывал Эдван. Басир, зацепив ногу мужчины хвостом, нанёс тому несколько сокрушительных ударов в корпус, одержав безоговорочную победу. По толпе зрителей пронёсся вздох сожаления — почти все присутствующие болели за мастера Рина. Бойцы, отвесив друг другу по уважительному поклону, разошлись по своим углам, а народ, потеряв к происходящему интерес, начал расходиться и ребят довольно быстро вынудили освободить проход.

— Кстати, а что у вас с Лизой? — как бы невзначай поинтересовался Рауд, совершенно не случайно оказавшийся рядом с Эдваном.

— Что у нас с Лизой — не твоё дело.

— Ты уверен? — прищурился Рыжий, смерив Эдвана злобным взглядом. Всё его дружелюбие испарилось, явив, наконец, настоящие чувства.

— Да, — совершенно спокойно ответил Лаут, — по-моему, она ясно дала тебе понять, чтобы ты отвалил. Поэтому, сделай милость, отвали к Первому.

— Ты осознаёшь, с кем вообще говоришь? — угрожающе прошипел Рауд, — я — сын Владыки Перевала, и сильнейший среди учеников нашего поколения. Как червяк вроде тебя может вообще думать, будто достоин такой девушки?! Она обязана быть с лучшим! Поэтому, — сказал он и попытался схватить Эдвана за ворот рубахи, чтобы высказать какую-то угрозу, но Лаут легко сбил его руку и схватил сам.

— Мне плевать, кто твой отец, поэтому свали к Первому, дурачок, — с улыбкой сказал он в лицо рыжему, — ты мне не ровня.

— Не ровня?! — нехорошо прищурился рыжий, сбрасывая чужую руку, — Не ровня?! Я, сын Владыки, не ровня тебе, деревенщине из Долины белой?! Ты вообще слышишь себя, дерьмо шрии?! — заорал он, но не увидев на постном лице Эдвана какой-то реакции, чуть успокоился и злобно ухмыльнулся, — Как удачно, что площадка освободилась. Может, решим всё прямо сейчас? Устроим небольшой обмен опытом? Узнаем, чего стоит деревенская школа против учения Перевала Тысячи Гроз. Клянусь, если победишь, я больше не посмотрю в её сторону.

— Ты вызываешь меня? — хохотнул Лаут, — хорошо. Раз уж ты так хочешь получить, Творец тебе судья…

Рауд пробурчал что-то оскорбительное и, сплюнув на землю, зашагал на площадку. Марис остановил его в проходе и принялся сосредоточенно что-то втолковывать, то и дело указывая на Эдвана, который, в свою очередь, переглядывался с Лизой. Та игриво подмигивала ему из-за головы Мариса, намекая, чтобы парень задал рыжему хорошую трёпку. Эдван лишь тяжело вздохнул, глядя на такое ребячество. Рауда он не воспринимал равным противником. Может быть, если бы они не столкнулись тогда в дверях, он бы немного опасался, но так… это было даже не смешно. Да, рыжий имел довольно высокое развитие. Шестой ранг, как и он сам — Эдван хорошо почувствовал это, когда схватил его за ворот. Но… плотность атры, скорость движений, реакция… разница между ними была попросту огромной.

Очень скоро на тренировочной площадке остались лишь ученики местной школы и Эдван, которого те тоже считали одним из них. Гун злорадно потирал руки и ухмылялся, Марис и Лиза, сгорая от нетерпения, бросали точно такие же взгляды на Рауда, а остальные ребята столпились в углу и делали ставки. Удивительно, но мнения разделились почти поровну. Несмотря на то, что никто из них не был способен почувствовать ранг новичка, большинство из них предположило, в основном из-за поведения, что он находится примерно на одном уровне с Раудом. Впрочем, некоторые, как Гун, наоборот, думали, что это всего лишь пустая бравада, и совсем скоро дерзкий новичок осознает всю глубину своей неправоты.

— Поклянись, что когда проиграешь, отвалишь от девушки, — сказал Рауд, когда они с Эдваном вышли на середину.

— Клянись сам, если хочешь, — выплюнул Лаут с явным презрением, — она тебе не вещь, чтобы делать ставки.

— Что ж… ты сам напросился, — с наигранным сожалением вздохнул Рауд и резко сорвался с места.

Его скорость была хороша. Взбешённый юноша желал растоптать противника всеми силами, так, чтобы тот не смог показать даже намёка на сопротивление и был избит, словно мешок с песком. Для всех, кто наблюдал за их схваткой, силуэт Рауда смазался и исчез из виду. Увы, от гнева сын Владыки не догадался прощупать ранг противника во время разговора и даже не предполагал, что Эдван прекрасно видит все его движения. По тренировочной площадке разнёсся хлопок ударной волны, и среди наблюдателей послышались удивлённые возгласы — Лаут поймал кулак противника рукой.

Глаза Рауда тоже расширились от удивления — ему показалось, что он ударил не ладонь, а каменную стену. Стену, которая зачем-то схватила его кулак и не желала отпускать. На кончиках пальцев рыжего затрещали искры, а Эдван, почувствовав применение контракта, тут же разжал ладонь. А в следующий миг произошло одновременно две вещи. Зарычав, Рауд резко вскинул свободную руку, почти в упор выпуская во врага молнию и тут же получил под дых удар сокрушительной мощи, так и не услышав грома. Уклоняясь от атаки контрактом, Эдван подался вперёд и без всякой жалости всадил рыжему удар навстречу.

Рауд отлетел шагов на тридцать и, рухнув мордой в пыль, проехал ещё столько же, остановившись почти у самой ограды. Парню показалось, будто бы он снова по глупости вызвал на бой мастера Озера — настолько сильным был удар, который он только что схлопотал. Словно дикий бык лягнул. Валяясь в пыли, парень хрипел от жуткой боли и изо всех сил пытался вдохнуть, на несколько мгновений даже забыв, где находится, и что вообще происходит. Впрочем, воспоминания очень быстро вернулись — стоило только увидеть перед лицом чужие ботинки. Верно, он вызвал на бой новичка… Лаута.