— Зиновьев ждёт нас завтра в ресторане, — перехожу сразу к делу, чтобы покончить с этим. — И мы туда пойдём! И ты подпишешь с ним контракт!

Ася смущённо опускает взгляд в пол. Нервно заламывает пальцы.

— О-о, нет! — я вскакиваю и хватаю её за плечи. — Только не говори мне, что передумала!

— Я не передумала. Мне просто нужно… — прикусывает соблазнительную нижнюю губу, не решаясь высказаться.

— Что случилось? — допытываюсь, не сводя взгляда с её губ. Хотя знаю, что случилось. Во всяком случае, догадываюсь, что дело в её муже. Но упрямо жду, когда она расскажет сама.

— Мне бы хотелось получить одобрение Олега… — тихо и неуверенно признаётся Ася. — Прежде чем делать такой важный шаг… У меня семья, Кирилл…

— Так получи его одобрение до завтра, — бросаю резко, чувствуя гнев лишь от напоминания о том, что у неё есть семья. — Или ему нужно больше времени? — изображаю на лице недовольство, припрятав таким образом дикое раздражение.

— Нет, он меня обязательно поддержит, — Ася врёт мне прямо в глаза. — Да он уже меня поддерживает, — беспечно отмахивается. — Просто я хочу пригласить его на своё выступление, чтобы он убедился…

Резко осекается. Смотрит на меня как-то испуганно. Пытается отстраниться, но я не отпускаю её плечи, удерживая девушку на месте.

— В чём убедился, Ась? В чём он должен убедиться? Что ты действительно талантлива? И что бар, который когда-то посещали лишь пьяницы, теперь кишит толстосумами, которые хорошо платят за твои выступления? Так я могу сам позвонить Олегу и подтвердить всё, что ты ему скажешь!

Распаляюсь. Я чертовски зол. На этого Олега в первую очередь. И, наверное, на неё, потому что она вдруг не может решиться без его одобрения. Хотя на неё у меня плохо получается злиться…

Отпрянув в сторону, Ася вскидывает подбородок. Наверняка считывает моё раздражение и тут же начинает обороняться.

— Я не смогу заниматься любимым делом, если из-за этого мы будем ругаться с мужем! И не потому, что он меня не поддерживает или считает бездарной, а потому что он сомневается в таком внезапном взлёте моей карьеры. Ещё пару дней назад я не зарабатывала за месяц и трети от того, что получила за один вечер.

— Так дело в деньгах? — брезгливо бросаю я, вновь приближаясь к Асе. — Олег недоволен твоим заработком?

Его имя на языке ощущается сейчас как проказа. Что это за мужик, который ссыт, что будет зарабатывать меньше женщины? Ему же никто не мешает шевелиться, действовать. Пусть поднимет жопу с дивана и самореализуется, а не утверждается за счёт Аси.

— Олег просто боится, что меня могут обмануть, — бросает она нелепый аргумент в его защиту.

— Кто? — практически рычу ей в лицо. — Я?

— Нет, музыкальные продюсеры.

Ася отводит взгляд. Сейчас она выглядит взволнованно. Поглядывает на дверь, словно вдруг ей стало неловко от того, что мы здесь совсем одни. Наверняка гости уже разошлись. Ди-джей сваливал, когда я шёл мимо него к гримёрке. Остаётся лишь бармен Артём, он уйдёт, как только бар опустеет. И может, его уже здесь нет.

И какого хрена я вообще размышляю об этом — рассматриваю шансы того, что мы совершенно одни? Что намерен с этим делать?

— Кирилл, — привлекает моё внимание Ася. Тяжело и виновато вздыхает. — Я очень благодарна тебе за хлопоты, но не встречусь с Зиновьевым, пока не получу поддержку семьи. Если продюсер действительно начнёт заниматься моей карьерой, то наверняка у меня будут частые разъезды. И я буду спать спокойнее, если буду знать, что семья на моей стороне. Понимаешь?

— Нет, — честно отрубаю я.

Что это за семья, которой надо что-то доказывать или клянчить у неё поддержку?!

— Тогда и не поймёшь, — девушка упрямо вскидывает подбородок и напрягает плечи. Её губы дрожат, выдавая волнение, но она бесстрашно бросает, глядя мне в лицо:

— Возможно, тебе надо обзавестись собственной семьёй, чтобы меня понять.

Осекается и опускает взгляд в пол, обжёгшись о мой испепеляющий взгляд.

— Прости, — выдавливает тихо.

О, нет! Меня уже несёт! Широким шагом обхожу гримёрку, взъерошивая волосы. Растянув на губах язвительную самодовольную ухмылку, вновь приближаюсь к Асе вплотную. Она отступает к двери, но сбежать пока не решается. Паникует — я это вижу.

— Дело в том, Ассоль, — как и всегда, смакуя произношу её сценическое имя, — что, несомненно, у тебя есть обязательства перед семьёй, но и передо мной тоже. Ты же подписала договор, помнишь?

Её глаза распахиваются в изумлении и становятся просто огромными. Миллион эмоций в один миг отражается на прекрасном лице. От шока до неверия. От отрицания до злости.

— А что не так с договором?

Она нервничает, потому что его не читала.

— Ты вложила в мои умелые руки свою карьеру, — невесомо, нежно, успокаивающе провожу тыльной стороной ладони по прекрасному лицу. Мне хочется потушить её злость и панику. Ася вжимается затылком в дверь, и я практически придавливаю девушку своим телом. — Я отвечаю теперь за всё, что связано с формальной частью твоих выступлений. И единолично могу принимать решения, связанные с ними. В том числе и решение по контракту с Зиновьевым. Если честно, твоя подпись мне не требуется. Просто хотел сделать всё правильно, поэтому ждал твоего согласия.