Шрифт:
Вздрогнув, вжимаюсь в спинку стула. Смотрю на мужа округлившимися от испуга глазами. Никогда прежде я не видела Олега таким.
— Я, БЛЯДЬ, ВСЕГДА ЭТО ЗНАЛ! — орёт он мне в лицо. — Чувствовал, что Макс не мой сын, но всё равно его любил. Гнал от себя эти мысли… потому что ЛЮБИЛ, АСЬ! И ТЕБЯ ТОЖЕ! И ЛЮБЛЮ ДО СИХ ПОР!
Протянув руку, пытаюсь дотронуться до плеча Олега, чтобы как-то его успокоить, но он стряхивает мою руку и вскакивает со стула. Вылетает из кухни и тут же возвращается обратно. Встав напротив, склоняется и угрожающе тычет мне в лицо пальцем:
— Ни хрена ты не уйдёшь от меня, поняла? И Соболев твой Макса не получит! Я не собираюсь преподносить ему на блюдечке с золотой каёмочкой свою женщину и ребёнка, которого вырастил!
Олег начинает расхаживать из угла в угол. Нервно хрустя пальцами, сжимает кулаки.
— Это что же получается? Значит, тогда ты уже была беременна? И какого хрена не пошла к нему? Потому что не нужна была, верно? А теперь получается, что он созрел до семьи и сына?
— Кирилл не знает о сыне… — вставляю я, но тут же прикусываю язык.
Олег резко замирает и смотрит на меня.
— Не знает? — ухмыляется он. — А это уже интересней!
— Я планирую ему рассказать, — вновь подаю голос.
— Нет, не расскажешь, — качает головой Олег. — Не расскажешь, поняла!? Я не отдам ему ни тебя, ни Макса. Пусть катится со своими деньгами! Пусть находит себе другую бабу, и пусть она рожает ему детей. Пусть Соболев хотя бы попробует воспитать ребёнка с пелёнок. Беспокоиться о нём. Ходить с ним к врачу. Проводить бессонные ночи, когда у него будут резаться зубки. Его не было рядом с Максимом все эти годы. Рядом был я! И именно меня Макс считает отцом.
— Ты и будешь его отцом, Олег! — вскочив со стула, приближаюсь к мужу. — Ты навсегда останешься его отцом, потому что действительно был рядом! Прости меня! Прости за то, что обманывала! Но теперь я больше не хочу врать! В том числе и Кириллу. Он должен знать, что у него есть сын!
— НЕТ! — рявкает Олег. — Ты ему ничего не скажешь! Иначе я клянусь…
Замолкает, передёрнув плечами.
Неужели он готов сделать что-то действительно подлое? Четыре года назад Олег спас меня от отчаяния. Был поддержкой и опорой. Несмотря на то, что нас связала мамина прихоть, я всё равно смогла его полюбить. И сейчас люблю, но это совсем не та любовь…
— Что ты сделаешь? — спрашиваю шёпотом.
В карих глазах мужа бушует ярость. И он наверняка не отдаёт отчёта своим словам.
— Я испорчу тебе жизнь! — выплёвывает Олег. — И Макс тоже пострадает, потому что все будут знать о репутации его матери.
Олег отпихивает меня в сторону и выходит в коридор.
— Ну и какая же это любовь? — бросаю я безжизненно. — Ко мне… к Максиму.
— Ты разбила мне сердце, — медленно развернувшись, отвечает Олег. — И ударила по моему самолюбию. Я всего лишь отвечу тебе тем же!
С этими словами он уходит в спальню. А я так и остаюсь на кухне. Падаю на стул, обхватив голову руками. Она раскалывается на части.
Мне хочется позвонить Кириллу, но у меня нет телефона, он остался в баре. А может, и к лучшему, что не могу ему позвонить… Ведь он ждёт от меня принятия решения, которое теперь плотно связано с решениями Олега.
Мой муж просто обязан нас отпустить! Без скандала и манипуляций Максом! Глубоко внутри я не верю, что Олег может причинить вред сыну… Но, возможно, я его плохо знаю?
Глава 33
Соболев
Вчера Ася забыла в баре свою сумочку, а вместе с ней и телефон.
Правда, я понял это не сразу и почти всю ночь набирал её номер и слушал бесконечные гудки. Злился. Психовал. Был в шаге от того, чтобы поехать к ней… Но продолжал бесцельно слоняться по дому и мучить свой телефон.
Вика тоже не спала. Пыталась со мной поговорить, успокоить… Но я в сердцах послал её к чёрту… Наутро, конечно, раскаялся в этом.
Особенно, когда понял, что Ася просто осталась без телефона.
Приняв душ, спешу покинуть дом и гоню в бар. Асину сумку обнаруживаю в гримёрке. Разряженный телефон лежит на столике с её косметикой. Хочу сам отвезти ей девайс, но вновь себя торможу, потому что всё ещё помню обещание, которое дал.
У Аси была неделя, чтобы уладить ситуацию с Олегом. Теперь осталось шесть дней.
Но это не всё, чем я руководствуюсь…
Страх! Во мне бушует страх, что она выберет его или не одобрит моего напора. И злость! Потому что я всё-таки злюсь на Асю, ведь она уехала с ним вчера.