Шрифт:
— А не она ли случайно работает на кондитерской фабрике.
Я подождала пока до затуманенного сознания собеседника дойдёт суть моих слов. Судя по выражению лица, он так искренне удивился, будто с луны свалился, и я никак не могла знать его родственников.
— Коль, твою бедную маму весь микрорайон благодаря тебе знает. В прошлый раз, когда тебя искали, она свой номер половине улицы раздала.
— Ма-ма, — промычал он, взявшись за голову. — Искала меня…
Кажется, он словил очередной приход. Попятился назад и улёгся на трубы, сложив руки на груди.
— Тебе плохо? — на всякий случай спросила я.
Мало ли что? Ещё умрет тут.
— Уйди! — заорал Колян. — Уйди, демон!
А, ну вся ясно. Во всяком случае, от переохлаждения не помрет. Морозец давит. Значит, теплотрасса достаточно его согреет.
Делать мне нечего. Ещё за всяких наркоманов переживать.
Я направилась к углу школы, за которым скрывался друг. За спиной раздался дикий рёв.
— Что ты ему такого сказала? — Влад нервно вглядывался вдаль.
— Ничего особенного. Просто, видать, совесть проснулась. Мешает наслаждаться угаром.
— Я тебе уже говорил, что ты больная на голову?
— Еще и десяти минут не прошло, — усмехнулась я.
— Значит, напомню ещё раз. У тебя чувство самосохранения вообще не работает?
— Зато, смотрю, у тебя работает, — съязвила я.
Заметив, что Влад сконфузился, решила перевести тему:
— Фотосессия все же отменяется. Ба итак будет допытываться, где я пропадала.
— За тобой тоже следят по расписанию.
— Навязчивая идея, — устало выдохнула я. — И не дай бог ей узнать, что мы ходили на школьный. Тут же одни алкаши и наркоманы обитают, — цитировала я бабулю.
— Ну, тут она отчасти права, — Влад кивнул в сторону теплотрассы, с которой снова послышался дикий вой.
Глава 4
ЛЕРА
Я ожидала, что после моей выходки Константин Дмитриевич не оставит меня в покое. Однако вот прошла уже ни одна пара с нашим новым профессором, а он будто и вовсе не замечал меня. Даже несмотря на мои язвительные комментарии в свою сторону. Видимо его наказанием мне стал полнейший игнор.
Так я думала. Пока однажды меня не вызвали в деканат…
— Что-что? — переспросила я, непонимающе хлопая глазами.
Секретарь декана терпеливо вздохнула:
— Валерия, я понимаю, что это весьма неожиданно. Но за вас поручился Константин Дмитриевич. Как вы знаете он у нас столичный преподаватель. Черт знает что у этих москвичей в голове, — пробормотала она недовольно, но тут же вспомнив, что говорит со студенткой, неловко прокашлялась. — В общем, профессор настоял, чтобы его заменила студентка Сорокина Валерия Александровна. Это ведь вы?
— Я-я…
— Там-то всего две пары надо провести. Материалы Константин Дмитриевич обещал вам выдать.
— Яяя… могу отказаться?
Что-то мне подсказывало, что я уже знаю ответ.
— Понимаете, декану понравилась идея, — неуверенно выдавила секретарь. — После разговора с этим залетным профессором… ой, извиняюсь… он даже предположил, что возможно обсудит с ректором введение дня самоуправления в университете. Все конечно зависит от ваших успехов.
О Боже. Я бы хлопнула себя в лоб, но не могла пошевелиться. Этот гад все же нашёл способ мне отомстить! Теперь за мной не то, что декан, сам ректор наблюдать будет! Надеется таким образом угомонить нерадивую студентку?! Ну, я ему ещё покажу!
Одернув толстовку, я без стука вошла в кабинет Константина Дмитриевича. Профессор сидел за своим столом и кажется, вовсе не заметил моего вторжения.
Что-то было не так в его внешнем виде. Я привыкла к педантичной строгости его образа. А тут…
На нем не было пиджака. Белоснежная рубашка обтягивала широкие плечи. Воротник небрежно расстегнут. Темные волосы слегка взъерошены…
Даже не знаю, что именно меня смутило. Но храбрости явно поубавилось.
— Снова посмотреть пришли? Или все же поговорим?
Напугал, черт!
— В-вы испытываете меня? — прямо спросила я.
Он наконец повернулся ко мне. Ореховые глаза скользнули по мне долгим взглядом. Губы профессора изогнулись в усмешке:
— Я думал это мне стоит задать подобный вопрос.
Да он точно издевается!
— Если вы это делаете из-за моих безобидных комментариев на парах, то прошу простить. Не обязательно усложнять мне из-за этого жизнь. Я всегда комментирую происходящее на лекциях, не считаю…
— Не считаете, что стоит держать свой прекрасный ротик закрытым? — он приподнял бровь.