Размышляя об этом, сняла спортивный костюм и, накинув халат на голое тело, направилась к озеру — вода меня всегда успокаивает. Возможно, расслабившись, я смогу подобрать нужные слова. Когда спустилась к озеру, то заметила на лавочке Ивана — он смотрел на гладь воды и о чём-то размышлял. Я, стараясь не шуметь, направилась к нему, пытаясь разглядеть, какое у него сейчас настроение. Но, увы, на улице уже темно, а в этом месте слабое освещение. Только подойдя совсем близко, заметила складку меж бровей — понятно, мысли у него не из приятных.

— Вань… — коснулась его плеча, он повернул голову, вытаскивая наушники из ушей.

— Извини, не заметил, как ты приехала… — Он нажал несколько сенсорных кнопок на смартфоне и отключил его. — Музыку очень громко включил. Как провела время?

— Ты же знаешь, что со мной был Сашка, а с ним всегда весело. — Иван иронично усмехнулся, явно не соглашаясь со мной, мол, смотря кому весело, некоторым не очень. — Оливия ушла на свидание с Владом. Надеюсь, у них всё срастётся. Вот тогда я точно буду за подругу спокойна, он парень хороший, она за ним будет как за каменной стеной.

— Ты со мной тоже будешь как за каменной стеной, обещаю. — Его тёплая ладонь легла на мою ногу.

Тут я вспомнила, что мама в шутку говорила: самый короткий путь к мыслям мужчины проходит через постель. Мол, они после и во время интима не в состоянии контролировать мыслительный процесс — гарантированно, что проговорятся.

— Даже и не сомневаюсь в этом, — отхожу, дразня своего хмурого.

— Ты же купаться пришла… — он встаёт, — не буду тебе мешать.

Он что, уйти собирается?

— Вань… — хватаю его за руку, он хмурится, поднимая на меня взгляд.

— Мира, мне лучше сейчас уйти, — отвечает глухим голосом.

— Не уходи, пожалуйста… — последнее слово я произнесла чуть слышно.

Сердце заныло — это ситуация напомнила прошлое. Он тоже так уходил, стоило мне появиться на горизонте.

— Котёнок… — со стоном произносит он. — Прости… — Берёт в свои ладони моё лицо, — я опять тебе сделал больно. Я просто… — он замолкает.

— Я знаю, почему ты хочешь уйти, возбуждаешься и всё такое… Давай просто поговорим, мне этого не хватает.

— Не уверен, что просто поговорить получится, но если тебе это нужно, давай рискнём. — Мы сели на лавку, я очень хотела забраться к Ивану на колени, но, судя по тому, как он напряжён, если я так сделаю, то мы точно не поговорим. — О чём ты хотела поговорить? Уверен, что не о погоде. — И вновь ироничная улыбка на его губах.

— Я хотела сказать… мне очень жаль, что тебе приходится выслушивать незаслуженные упрёки в свою сторону. Бабушка и Влад ничего не знают, вот и делают неверные выводы, но они не со зла. Я считаю, что ты сделал больше, чем кто-либо, для своей мамы. Я бы точно не смогла, обязательно проговорилась.

— Мир, я уже привык, и мне не больно слышать подобное, может, немного неприятно от того, что люди считают вправе лезть в отношения других. Если я так делаю, значит, на это есть причины, а доказывать свою правоту и уж тем более оправдываться не собираюсь. И ты на это не обращай внимания.

— Я не могу, потому что это несправедливо.

— В жизни много несправедливости, малыш. — Убрал он выбившуюся прядь за моё ухо. — Наша же задача быть превыше всего этого дерьма и по мере возможности помогать окружающим.

Неужели ты не хочешь, чтобы тебе помогли?!

— Вань, ты всегда думаешь о других, но никогда о себе.

— Ты неправа, я думаю о себе. Ведь теперь ты у меня есть, это больше, чем я смел мечтать.

Божички… как же приятно!

— Спасибо за комплимент. Но я давай серьёзно поговорим…

— Так и я серьёзно. Ты счастливая — это то, что мне нужно от жизни. И я всё сделаю, чтобы так оно и было.

— А мне нужно, чтобы и ты был счастлив!

— Мир, ты и есть моё счастье… — Я лишь покачала головой, осознав, что он не собирается мне открыться. Я не прошу многого, мне будет достаточно крохотной крупицы доверия, чтобы поверить, что у нас может всё получиться. И что-то мне подсказывает, он никогда не будет готов мне открыться. — Котёнок, что не так?

— Вань, когда люди счастливы, у них не отражается боль в глазах. Я же не слепая, вижу — что-то тебя тяготит. И ты вроде бы рядом, я должна радоваться, но… — мой голос дрогнул, и всё же собравшись, сказала, что чувствую: — Я чувствую себя за бортом твоей жизни… И отношения у нас, мягко сказать, своеобразные: ты держишь меня на расстоянии, не подпуская к себе близко, мы словно чужие друг другу люди. Если эта модель семьи тебя устраивает, то меня нет. Нам лучше…

— Вот если сейчас скажешь расстаться, я ей-богу, я тебя высеку. Лучше молчи, не доводи до греха. Ладно, говори, что ты хочешь узнать?