— Если почувствуешь боль или дискомфорт — дай знать, не терпи.

— Малиновский, мы будем делом заниматься, или ты и дальше будешь проводить вводный инструктаж по технике безопасности во время секса?

— Язвочка моя, я, между прочим, о тебе забочусь. И мы любовью будем сейчас заниматься, а не сексом, причём основательно так… — Он притягивает меня к себе, бережно, словно боясь сломать, делает жадный вдох и отпускает, отходя на шаг назад. — Развяжи пояс на халате, но не снимай его. — Я делаю то, что он попросил, и вновь жду его указаний. — Ты настолько красивая, что дух захватывает.

Он вновь приближается ко мне.

От родного аромата в жилах стыла кровь, а сердце вновь начало биться так сильно, что казалось, что в любой момент пробьёт грудную клетку. Возбуждение нахлынуло на меня с головой, желание схватить Мирославу и резко насадить на свой ствол по самые яйца было настолько велико, что темнело в глазах. Я медленно подвинулся ближе к любимой, боясь её спугнуть. Сердечный ритм участился, отдавая гулом в висок, дыхание сбилось, ещё немного — и я сорвусь к чертям. Член уже невыносимо болел от напряжения. Казалось, еще немного — и его разорвёт к чертям собачьим.

И я не выдержал, приглушённый звериный рык вырвался их моего горла, и я резким движением притянул к себе Миру, впился диким поцелуем в её нежные губы, которые меня весь вечер манили, сводя с ума, руша остатки самоконтроля.

Наши языки сплелись в круговороте эротического танца. Наш страстный поцелуй в полнейшей тьме освещал легкий свет луны, словно благословляя нас. Моя девочка и тут оказалась права, неважен штамп в паспорте, важно, что мы чувствуем друг к другу. Не знаю, как она, я её весь, с потрохами, сгораю от желания оказаться в ней. Я разрываю поцелуй, из горла любимой вырывается недовольный стон — ей не понравилось, что я прервался.

— Не шипи… — усмехнулся я, хватая её под бедра и приподнимая. — Сейчас всё будет.

Оставляю короткий поцелуй и направляюсь к лавочке — она мне не даст сильно разойтись. А Мире нужно время, чтобы привыкнуть к моему парню, а потом, клянусь, оторвусь, как давно мечтал.

Сажусь на лавку, придерживая на талию Миру — дрожит любимая в моих руках. Какая же она хрупкая, кажется, чуть сильнее сожмёшь — и сломается, словно прутик. Она ухватилась руками за мои плечи и начала опускаться — наверное, решила, пришло время меня оседлать. Но у меня другие планы…

— Рано… — останавливаю её, немного приподнимая, хочу поцеловать её шикарную грудь, она заслуживает отдельного внимания.

— Ваня… — со стоном произнесла она моё имя. — По-моему…

— По твоему будет в кухне… — Она напряглась. — Ладно, во всём доме, — пытаюсь отшутиться, чтобы хоть как-то взять себя в руки. Так сильно хочу её, что звенит в ушах. — Или… — делаю многозначительную паузу, намекая, что когда она сверху, есть шанс побыть немного главной.

— Тиран… — стонет она, прогибаясь в спине, подчиняясь.

Придерживаю ладонью, фиксируя тело своей богини. Ловлю губами её сосок, втягивая в рот, дразня языком. Протяжный стон любимой — самая прекрасная музыка для моих ушей, хочу слышать его ещё и ещё. Медленно провожу свободной рукой по её животу и опускаюсь.

— О боже! — срывается с её губ, когда мой палец коснулся влажных складочек любимой.

Как же хочу провести там языком, слизывая нектар её страсти, и я обязательно это сделаю, но чуть позже. Да что там, я всё её тело жажду попробовать на вкус! Или заклеймить собой таким способом? Скорее — второе… Чтобы каждый хрен, проходящий мимо любимой, знал, что она занята.

Запах её возбуждения коснулся моих ноздрей, в глаза потемнело от нахлынувшего желания оказаться в ней. Ввожу аккуратно палец, растягивая — нужно подготовить к своему вторжению, — и вновь выхожу, размазывая влагу по её клитору, ещё и ещё. Мою девочку трясёт в моих руках, я чувствую, что она на грани, скоро кончит. Ну уж нет, она это сделает, когда я буду находиться в ней. Мне нужно чувствовать её оргазм. Приподнимаю её. Хватит прелюдий, я уже на грани срыва.

— Ухватись за мои плечи и замри, — произношу глухим он перенапряжения голосом.

Освобождаю член и направляю его к входу в рай, проводя головкой, растирая влагу. Мирославу затрясло от предвкушения.

— Ваня…Ванечка… — шепчет она, распаляя меня своим нежным голосом ещё сильнее.

— Расслабься, маленькая… — прошу и начинаю в буквальном смысле протискиваться в неё. Даже то, что она исходит соками, не облегчает проникновения. Сама не осознаёт, что сжалась и не даёт мне войти. — Котёнок… впусти меня… — Лёгкий толчок, мой член немного завоёвывает территорию… — Ну же, милая.