– Ну это из двух слов, – смутился Денис: – Мастеровитый и рукастый.

– Хм, – шеф позволил себе улыбнуться.

Технарей, разбирающихся в сложной схеме оборудования ОБХСС, за глаза прозвали «монстрами», потому что они могли из ничего сделать систему обнаружения или починить обезвреживатель, БЕЗю, одним взглядом.

– «Монстры» сказали, что все в порядке, – сообщил Денис через полчаса, – но оставили у себя микро-Уленьку. Нам вот этого на замену выдали.

Он продемонстрировал прибор серебристого цвета с выпуклыми кнопками и электронным циферблатом.

– Что за хрень? – склонился над прибором Виктор Иванович. – Какой-то робот-пылесос.

Николай хмыкнул.

– Аналог микро-Уленьки, – Денис нажал на что-то, и прибор заработал. – Тоже улавливает сигналы. Но у него больше возможностей и большая точность.

На циферблате красными цифрами загорелось число: 111.

– И что это означает? – с подозрением спросил шеф.

– Сущность обнаружил, – отрапортовал Денис. – Мощную.

– Где? – удивился шеф. – У нас?!

Они посмотрели друг на друга.

– Слушай, – обратился Виктор Иванович к Денису, – отнеси эту ерундовину обратно. Мы лучше по старинке работать будем.

Николай промолчал. Возможно, прибор сработал правильно, но среагировал не на сущность, а на порчу. Ставить коллег в известность Николай не собирался: не хотел ловить жалостливые взгляды.

– Оставь, я в деревне его проверю, – предложил Николай.

– Всем привет! – в кабинет влетела Женечка. – Что нового?

После перевода в оперативники она сочилась энергией: ходила на курсы подготовки топтарей, не запускала переписку в отделе и выносила мозг Денису своими инициативами.

– Из нового у тебя завтра дежурство по району, – поумерил ее пыл шеф. – И будь внимательна: с приборами какая-то фигня творится.

– Лажают, – подтвердил Денис.

– Так что глаза пошире открой и запоминай, если что необычное увидишь, – шеф задрал указательный палец.

– Будь бдителен, товарищ, – добавил Николай.

Женечка хмыкнула: она была уверена, что цыганская кровь, доставшаяся ей от бабушки, поможет справиться.

Николай открыл почту, пришло письмо от Димы. Тот прислал запрашиваемые данные: дом принадлежал некой Руслановой Зарине Альбертовне пятидесяти шести лет, проживающей в Лианозове. Основной профессией подозреваемой значилось гадание на ТАРО и составление астрологических прогнозов. Николай мысленно ругнулся: переться фиг знает куда, но деваться некуда: личность на самом деле подозрительная.

Зазвонил телефон, на экране высветился входящий номер: Сэм. Николай нажал на прием и услышал голос напарника.

– Привет, топтарь! – голос Сэма излучал фальшивый оптимизм.

– И тебе не болеть, – невольно напрягся Николай. – Как в больнице?

– Завтра выписывают, – Сэм сделался серьезным. – Я еще пару недель дома валяться буду, а потом все.

– В смысле все? Не передумал? – Николай испытал грусть: они многое пережили с напарником.

– Все, Коля, ты уж извини. И у Виктора Ивановича прощения попроси, и у ребят. Я пас, – Сэм вздохнул, – сломался.

– Все равно приходи, – Николаю захотелось изо всех сил стукнуть кулаком по столу, – попрощаться.

– Стол накрою, – в голосе Сэма прозвучала теплота, – обмоем это дело. Мне самому жаль, но я не могу.

Николай нажал на отбой и с тоской посмотрел в окно: вот и он остался без напарника. Все-таки привык за несколько лет к Сэму, его плоским шуточкам и вечным проблемам. Вкратце Николай передал слова Сэма остальным.

– Значит, Симеон тоже уходит, – Виктор Иванович почесал лысину. – Тебе, Дергунов, нужен напарник.

– Женечку не отдам, – тут же среагировал Денис, – мы с ней уже сработались.

– Тебе просто нравятся советы, которые я даю насчет девушек, – насмешливо улыбнулась она.

– И это тоже, – не стал спорить Денис.

– Ладно, решим этот вопрос, – шефа явно осенила какая-то идея, но делиться ею с сотрудниками он не стал.

После обеда Николай отправился в переговорную: пришла посетительница с заявлением. Он вошел в небольшой кабинет со светлыми стенами. Обстановка здесь была лаконичная: овальный стол, несколько стульев, все светло-серые. На стене висел кондиционер белого цвета – считалось, что такие тона благоприятно сказываются на самочувствии, но Николаю каждый раз казалось, что он находится в операционной. Причем не в качестве хирурга.

Через несколько минут дежурный привел молодую женщину, ровесницу Николая. Ее темные кудрявые волосы обрамляли смуглое лицо с крючковатым носом и ярко-карими глазами.

– Здравствуйте, Анастасия Борисовна, – Николай предложил ей сесть.

Она примостилась на стул напротив Николая и уставилась в окно. Николай выжидал: в таких случаях лучше не спешить.

– Я уже обращалась в полицию, но мне дали понять, что они такими делами не занимаются, – голос у нее оказался низкий, с хрипотцой.