Старушки взахлеб начали рассказывать, перебивая друг друга и жалуясь.

— Это вы — Лидия Скобелева? — задал вопрос уже непосредственно мне мужчина.

— Да, — кивнула я.

— Покажите паспорт, — потребовал он.

— Это Иван Тимофеевич, старший по подъезду, — шепнула мне Варвара. — Покажи ему паспорт.

Я вытащила справку и протянула Ивану Тимофеевичу.

— Что это? — удивился он.

— Мой паспорт сгорел, — вздохнула я. — Вчера пожар у нас на работе был, как раз мой кабинет тоже сгорел. Паспорт там был. Пока вот временное удостоверение выдали.

— Так ты в депо "Монорельс" что ли работаешь? — загалдели соседи.

— Да, я слышал, что там вчера пожар был, — подтвердил долговязый парень с квартиры напротив.

— Погодите, вы сказали, что Скобелева, а здесь указано, что Горшкова, — удивился старший по подъезду.

— Все правильно, — кивнула я. — Девичья фамилия Скобелева, а по мужу — Горшкова.

— Так вы родственники с ней что ли? — Спросил кто-то из соседей из-за спины.

— Ольга — сестра моего бывшего мужа. — Не стала отпираться я. — Я пустила ее пожить ненадолго, сейчас мы с мужем развелись, а она съезжать не хочет.

— Что же вы, гражданочка, нарушаете? — обратился Иван Тимофеевич к Ольге. — Сами здесь не прописаны, а чужую жилплощадь занимаете.

— Она тоже здесь не прописана! — рявкнула Ольга плаксивым голосом.

— Ну, почему же не прописана, — покачал головой Иван Тимофеевич, — здесь есть прописка, все правильно, улица Ворошилова, дом четырнадцать, квартира двадцать один.

— Неправда! — заорала Ольга, — она в общежитие прописана! Я точно знаю! Она справку подделала!

— Вот выписка с домовой книги, — я протянула бумажки Ивану Тимофеевичу, — Можете убедиться.

Старший по подъезду внимательно изучил выписку и поднял на Ольгу строгие глаза:

— Ну зачем же вы врете, Ольга? Здесь тоже все правильно. Прописка правильная. Поэтому собирайте вещи и освободите квартиру. Вы где прописаны?

— У матери. В благоустроенный двухкомнатной квартире, — наябедничала я.

— Вот. Тем более, вам есть где жить, да еще с комфортом. Давайте решим все мирно, не будем привлекать участкового. Мы боремся за звание лучшего подъезда, не нужно нам портить показатели. Правильно, товарищи?

Товарищи загалдели, дескать, правда.

— Я буду жаловаться! — неуверенным голосом заявила Ольга.

— Ты, милочка, лучше уматывай отседова, — поставила точку в разговоре Варвара. — Сичас Наташка со смены вернется — мало тебе не покажется. Это она про прописку не знала. Полетишь отседова как ракета!

В общем, обозленные соседи дали Олечке лишь пару часов на сборы.

Я все это время провела во дворе, налаживая контакты с соседями. Есть хотелось невыносимо, но поле битвы еще не выиграно, поэтому пришлось дежурить.

Через три часа подъехала грузовая машина с тремя грузчиками на кузове. Из кабины спрыгнул мой почти бывший супруг Валера Горшков, донельзя мрачный, и, не поздоровавшись, даже не глядя на меня, начал таскать узлы и сумки. Заплаканная Олечка появилась всего один раз, когда выносили то ли арфу, то ли виолончель.

Грузчики скоро погрузили барахло и стали курить уже по третьей папиросе, а Горшка и Олечки все не было. Я терпеливо ждала, когда они выйдут, прошло почти полчаса, или, может, и больше, а их все не было. Я уже черти что думать начала, когда, наконец, они появились. Хмурая Ольга молча швырнула мне ключи в лицо (я успела поймать). Не прощаясь, они сели в машину и укатили.

Наконец-то я вошла в квартиру. Мою квартиру!

Вошла и обомлела.

Олечка, из квартиры-то убралась, но напоследок оставила мне "прощальный привет": полусодранные обои обильно залиты зеленкой, все плафоны и оконное стекло в спальне побиты, даже паркет на полу, казалось, долго и яростно рубили топором, огромные куски выдраны "с мясом". Унитаз был раскурочен и зиял фаянсовыми осколками от стульчака, бачок раздолбан почти в труху (слава богу, хоть вентиль они перекрыли и бедная Наталья на сей раз не пострадала). Металлическую ванную сломать не смогли, зато проломили ее на стыке со сливной трубой и в довершение залили все зеленкой.

Финальным аккордом оказалась большая куча дерьма на полу посреди кухни (неужто демоническая женщина лично постаралась?).

Творческие люди…

Я тихо взирала на весь этот креативный погром.

Унылое зрелище!

Да, я, конечно же, знала, что проблемы с квартирой еще будут, и даже после того, как я сюда въеду. Но не настолько же!

Теперь, чтобы сделать здесь даже условно приемлемый ремонт, зарплаты обычной конторщицы не хватит и за весь год. А еще же мебель. Да, почти всё: и кровать, и шкаф, и диван, и стулья, — Оличка великодушно оставила мне. Но в каком виде! Еще в той, прошлой жизни, я как-то смотрела фильм о зомби-апокалипсисе, где толпы оживших мертвецов туда-сюда гоняли своих жертв на фоне руин и мрачных развалин. Так вот, сейчас все выглядело гораздо грандиознее. Во всяком случае так мне сейчас казалось.