На пороге стояла рыхлая крупная женщина с большой сумкой, рядом с нею — щуплый, похожий на гнома, мужик в мятых брюках и с двумя огромными чемоданами, а также мальчишка, примерно старшего школьного возраста.

— Лидка! — воскликнула женщина, сверкнув металлическим зубом в улыбке и полезла обниматься, — Сколько лет, сколько зим!

— Принимай гостей, племяха, — крякнул мужик и подвинув остолбеневшую меня, вошел в квартиру вместе с чемоданами.

— А мы тут решили в отпуск съездить, путевку дали в санаторий, а билеты только на завтра на пять утра. Так мы у тебя поживем пока, город посмотрим, — щебетала женщина и рявкнула сыну. — Ростик, паразит, разуйся сперва, куда поперся в грязных ботинках! Нам тут жить!

— Эммм… — промямлила я, ошалев от напора.

Первым порывом было выгнать незваных гостей к черту. Но я всегда старалась не давать волю эмоциям. Если хорошо подумать, то это какие-то родственники Лидочки. Ну, побудут они у меня немного, зато, может, хоть что-то о Лидочке узнаю. Пора закрасить белые пятна в биографии Лиды.

— Так, а хорошо ты тут устроилась, — прошлась по комнатам женщина, внимательно заглядывая во все углы. — Толик, смотри какой хороший шкаф, нам такой тоже нужен, я тебе давно уже говорю.

Она открыла шкаф и внимательно осмотрела немногочисленное содержимое.

Мужичок следовал за женщиной, ощупывая и ковыряя все. Глаза его возбужденно блестели:

— Зина, ты глянь, а краска-то корабельная! — воскликнул он. — Лидка, ты где такую краску урвала?

Я что-то нечленораздельное промычала, но мужичок уже меня не слушал, переключившись на стеллажи:

— Зинка, смотри, я тебе говорил, что брус нужен на семь.

— Ой, какая кровать, гляди!

— А ванна и унитаз новые!

— Вот ты, Лидка, жируешь! — раздавались возгласы то мужика, то женщины.

Побегав по квартире, Зинка всплеснула руками:

— Так, хватит охи-ахи. Ты, Лидка, кормить нас сегодня собираешься или как? Мы утром только молока попили, а позавтракать не успели.

Вздохнув, я поплелась на кухню готовить завтрак.

— Я яичницу по утрам не ем, — заявила Зинка, категорически отодвигая тарелку. — Мне что посущественнее надо. Да и дяде Толе нужно мясо.

— Есть котлеты, — осторожно сказала я.

— О! Котлеты! Котлеты я уважаю, — заявил дядя Толя. — Мечи на стол, Лидка. Слушай, а горчица есть?

Горчицы у меня не было.

Пришлось доставать и разогревать котлеты, затем жарить картошку.

— Ну, девчули, такой стол накрыли… — потирая руки вопросительно взглянул на супругу дядя Толя, — может это..?

— Я те дам "это"! — ляпнула подзатыльник тетя Зина, — лишь бы нализаться с утра!

— Ну что, ты, Зинка, — заканючил дядя Толя. — я ж по-маленькой, в гости приехали, первый раз как-никак…

Но Зинка уперлась и не разрешила.

— Слушай, Лидка, — сказала мне тетя Зина, когда дядя Толя пошел на балкон покурить, и мы на кухне остались вдвоем, — а хорошо ты, смотрю устроилась. Шурка, мамка твоя, всегда говорила, что толку с тебя не будет, а когда ты в город после того случая свинтила, так вообще считала, что ты совсем пропащая. Да и обиделась она крепко на тебя, что ты картошку сажать не приехала. А я смотрю, ты ничего так, молодец даже.

Я пожала плечами, продолжая мыть посуду.

— Прическа, правда, не очень у тебя, — не унималась тетка, — надо отращивать, а потом химию сделать. И подкрасься в белый цвет. Красиво же будет. А то ты как подстреленная какая-то. Но ты же всегда не особо была.

Я не ответила, вытирая тарелки и чашки кухонным полотенцем.

— А знаешь, Лидка, пусть Ростик этот год поживет у тебя! — сообщила мне вдруг тетя Зина и тарелка выпала из моих рук и с грохотом разбилась.

Жалко было до слез. Эту тарелку мне соседка Наталья только-только подарила.

— Ну а что, ты одна в двухкомнатной квартире, куда тебе столько. — продолжала вещать тетя Зина, — А ему незачем в общаге жить. Он же только поступил в ПТУ, знаю я чем там молодежь в общаге той будет заниматься, сплошные танцы и девки. А у тебя как ни есть — всё под присмотром — польстила она мне.

— Но я не могу… — начала я, но была категорически перебита.

— И тебе веселее будет, — безапелляционно заявила тетя Зина, допила чай и протянула мне грязную чашку. — На, помой. Мы же родственники как-никак, Лида, должны друг другу помогать.