Язон бы голову дал на отсечение, что это заход на посадку, причем с невысокой околопланетной орбиты. Если, конечно, не предположить, что их забросило каким-нибудь чудом на борт иногалактического корабля, летающего вообще не по нашим физическим законам и, в частности, умеющего нырять в кривопространство без малейших отрицательных эмоций для пассажиров в момент перехода. Язон еще никогда не слышал о таком А он, вообще-то говоря, старался всю жизнь исповедовать древний принцип "бритвы Оккама": "Не умножай сущностей сверх необходимого". Потому и теперь счел за лучшее не думать о всяких небылицах.

Да и некогда стало о них думать.

Резкий звук, напоминающий сигнал общей тревоги, донесся из самого центра сферического потолка, а возникшее там небольшое отверстие стало медленно расширяться, как диафрагма гигантского объектива.

ГЛАВА 18

– А где Язон?
– спросила Мета, когда Экшен наконец пришел в себя и уже можно было надеяться на вразумительный ответ с его стороны.

Выглядел молочный брат Язона неважно. Исхудавший, в грязных обносках, с длинными свалявшимися волосами и жидкой клочковатой бородой, лицо и руки в шрамах, ссадинах, кровоподтеках, вокруг глаз - черные круги, а взгляд затравленный и жалкий. В общем, сломали человека. И как он сюда попал, почему, зачем? Все эти вопросы промелькнули в голове Меты, удивив ее саму внезапным проявлением совсем не пиррянского праздного любопытства. Какое ей дело до некоего зверолова и охотника Экшена из заштатного окраинного мирка со скучным и длинным названием Поргорсторсаанд? Существенным было лишь одно местонахождение Язона. Но несчастный Экшен, узнав Мету, расклеился окончательно. Обильные слезы потекли по его грязным щекам, плечи начали вздрагивать, ноги подкосились. Он смеялся, и плакал, и бормотал какую-то невнятицу по-моналойски, точно навсегда забыл язык цивилизованных людей. Фуруху, не видя, чем может быть полезен в такой ситуации, занялся своими делами. Внимательно изучив устройство входных запоров, исхитрился снять тяжелый засов с внешней стороны и грамотно подпер им дверь изнутри. На всякий пожарный - надо же дать себе хоть небольшую фору. Например, в случае внезапной атаки сверху.

Потом Экшен успокоился, затих, уселся на полу, вытянув ноги и упираясь ладонями сзади. Наконец глупо улыбнулся и явно вознамерился что-то сказать. Но Мета опередила его:

– Где Язон?

– Это я тебя хотел спросить, где Язон.
– Он истерически хихикнул.
– Я давно догадывался, что мой брат прилетит сюда, а пару дней назад узнал наверняка: Язон уже на планете. Я надеялся сам разыскать вас, но эти сволочи поймали меня раньше...

"Ах вот оно что!..
– начала понимать Мета.
– Значит, Язона надо искать самостоятельно. А этому недотепе еще и помогать придется. Проклятье! Не бросать же его здесь!"

Чувство брезгливой жалости к слабому мужчине дополнилось еще и раздражением. Похоже, они будут вынуждены терять время, силы, рисковать из-за него. Должен же быть от него хоть какой-то прок?

Тут она вспомнила рассказы Фуруху.

– Ладно, - заявила Мета.
– Язона мы отыщем. В конце концов, свяжемся с Керком, и он прочешет всю планету. А ты мне лучше другое скажи: почему там, на плантации, ты кричал про Теодора Солвица? С чего вдруг взял, будто и здесь тоже его проделки?

– Но, Мета, это отдельный и долгий разговор!

Вначале я хочу уйти отсюда, я хочу есть, я хочу выспаться в нормальной постели! Помоги мне!

Экшен снова впадал в истерику. Все-таки он был почти невменяем.

– Да помогу я тебя!
– разозлилась Мета.

И потребовала сурово: - Коротко скажи, при чем тут Солвиц? Мне надо знать.

Однако Экшен даже коротко ничего объяснить не успел, потому что откуда-то сверху, то ли через дверь, то ли через узкие щелки окон под потолком, прорезался громовой голос, усиленный акустической техникой:

– Каземат окружен; Сопротивление бесполезно. Выходите по одному. Или мы просто пустим газ.

Совсем негерметичная тюрьма поистине доисторической постройки явилась малоподходящим местом для пускания усыпляющего газа. Похоже, эти фэдеры или охранники султана - Мета не знала, кто там сейчас надрывается, - были явно не готовы к атаке. Нормальные люди пускают газ безо всякого предупреждения. А эти, вероятно, боялись ответных действий. Ведь им наверняка сообщили, что Мета серьезно вооружена - вон, даже в дверь ломиться не пытаются. Запугивают страшным голосом, словно каких-нибудь наивных дурачков. Смех один!

– Будем сдаваться?
– робко поинтересовался Экшен.

Мета даже не удостоила его ответом. А Фуруху деловито предложил:

– Могу вступить с ними в переговоры.

– Не надо. Скажи лучше, куда выводят эти окна наверху?

– Никуда. Это просто дырки в стене над обрывом.

– Понятно. А если вверх по обрыву, до уступа далеко?
– продолжала выяснять Мета.

Фуруху наконец понял, что она задумала, и объяснил со знанием дела:

– В окошки мы скорее всего не пролезем, но на самом верху есть широкая отдушина. Ее использовали раньше для казни - сбрасывали на дно темницы приговоренных к смерти. Хорошее средство для устрашения тех, кто здесь сидел.

Мета поморщилась от такого милого рассуждения. А Фуруху меж тем продолжил:

– Особо опасным преступникам через эту отдушину спускают на веревке еду.

Чтобы не входить к ним через дверь. В общем, дыра эта выходит на плато. Удобно. Вот только не знаю, как мы заберемся наверх...

– Не беспокойся, у меня достаточно всяких приспособлений. Ты умеешь лазать по горам с крюком и веревкой?

Фуруху пожал плечами:

– Специально не тренировался, но думаю, что смогу. Беда в другом...