— Какая радостная весть! — сказала она.

— Да, — согласилась Глинис. — Я только что давала миледи кое-какие советы.

— И я постараюсь запомнить каждый из них, — обещала Джоанна.

Кит покачал головой.

— Сомневаюсь, чтобы вы их все запомнили, — сказал он. — Вы опять забыли, какой сегодня день, и снова надели не тот плед.

— Я начинаю думать, не делает ли она это намеренно, — заметил Колум. В его голосе скользил легкий смешок.

Как только макбейнец заговорил, Лила демонстративно повернулась к нему спиной. Ее взгляд был прикован к земле под ногами. Джоанна заметила это движение и была им заинтригована.

— Глинис, Мэган говорила мне, что у вас легкая рука в отношении стрижки волос, — сказала Джоанна.

— Правду сказать, у меня есть такой дар.

— Клэр Мак-Кей нуждается в вашей помощи, — продолжала хозяйка. — Макиннсы сотворили у нее на голове сущее безобразие.

— Я знаю, — ответила Глинис. — Это они сделали нарочно, чтобы каждый, кто ее увидит, узнавал по волосам о ее позоре.

Сейчас Джоанне не хотелось пускаться в долгую дискуссию относительно Клэр.

— Да, — согласилась она. — Но сегодня приезжает отец Клэр, и я хотела бы узнать, не можете ли вы…

— Ни слова больше, миледи. Я буду счастлива извлечь свои ножницы и постараюсь сделать внешность девушки приличной.

— Благодарю вас, — сказала Джоанна. — Лила, не уходите пока, — прибавила она.

— Поскольку леди Джоанна носит макбейновские цвета, полагаю, сегодня твой долг присматривать за ней, — обратился Кит к Колуму.

— Я сама о себе позабочусь, джентльмены, — возразила Джоанна. — Вы оба только напрасно теряете время, следуя за мной по пятам.

Мужчины не обратили на ее протест никакого внимания.

— Да, сегодня она на моей ответственности, — согласился Колум.

Джоанна решила, что должна переговорить с Габриэлем насчет этого глупого порядка. Мужчины так и будут ходить за ней, пока лаэрд не освободит их от этого поручения.

Кит поклонился хозяйке и отправился присмотреть за выполнением своих распоряжений. Колум же собирался пройти в дом, но Джоанна остановила его.

— Колум, можете ли вы уделить мне минутку? Мне бы хотелось представить вам Лилу.

Он взглянул на нее так, словно сомневался, в своем ли она уме.

— Я уже долгое время знаю Лилу, миледи.

Он не бросил взгляда на маклоринку, даже когда произносил ее имя. Джоанна обернулась к ней — та старательно рассматривала землю под ногами.

— Лила, вы уже встречались с Колумом?

— Вы же знаете, — прошептала Лила.

— Простите меня, пожалуйста, вы оба, но почему же тогда вы ведете себя так, как будто ни разу до этого не встречались друг с другом? Я очень любопытна. Возможно, я вмешиваюсь не в свое дело, но, уверяю вас, с самыми лучшими намерениями. Судя по тому, как вы стараетесь не смотреть друг на друга, вы в действительности весьма интересуетесь друг другом.

— Он макбейнец.

— Она маклоринка. Пожалуйста, простите меня, миледи, — сказал Колум, его голос был напряженным и сиплым. — У меня есть дела, которые требуют моего внимания. У меня нет времени для таких пустых разговоров.

Он даже не кивнул в сторону Лилы, когда уходил. И ее взгляд был обращен в другую сторону. Джоанна коснулась ее руки:

— Мне очень жаль. Я не хотела огорчать ни одного из вас. Ведь вам нравится Колум, не так ли?

Лила быстро кивнула:

— Я старалась справиться с этими чувствами, миледи, — прошептала она. — Но я ничего не могу с собой поделать.

— Полагаю, что Колум питает к вам те же чувства, Лила.

— Нет, — возразила она. — Он никогда не позволит себе испытывать привязанность к маклоринке.

— Я не думала, что разделение между кланами так глубоко, — заметила Джоанна.

— Ну как же, миледи! Ведь мужчины постоянно напоминают вам, что вы надели не тот плед, — разве это не достаточное доказательство?! Все мы как-то стараемся ужиться друг с другом, но остаемся разобщенными.

— Но зачем вам оставаться разобщенными?

Лила сама не знала толком.

— Мы высоко ценим терпение, какое милорд проявляет по отношению к нам, — проговорила она. — Я слышала, что вы говорили однажды за ужином по поводу того, что эта земля ныне принадлежит макбейнцам. Теперь все говорят об этом, миледи. То, что вы сказали, для некоторых из нас имеет свой особый смысл. Однако маклоринцы не любят, когда их укоряют тем, что есть на самом деле.

— А знаете ли, что я думаю? У нас здесь слишком много пледов!

— Да, — согласилась Лила. — Но ни один клан не откажется от своих цветов, сколько бы о том ни спорить.