Колин, решила Алесандра, отказывается от нее при любой возможности. Он не хочет, чтобы она помогала ему с бухгалтерскими книгами компании, не хочет принять ее наследства, а самое главное, не хочет и не нуждается в ее любви. Сердце его, казалось, было заковано в броню, и Алесандра уже не верила, что сможет когда-нибудь заставить Колина полюбить ее.

Алесандра понимала, что она жалка. Ей было все равно. Этим утром пришло письмо от матери-настоятельницы, и Алесандра прочла его по крайней мере десяток раз.

Ей хотелось домой. Она так истосковалась по монастырю и монахиням, что расплакалась.

Все верно, решила она. В конце концов, она была в полном одиночестве – Колин работал в своем кабинете за закрытой дверью. Он ее не услышит.

Боже правый, как бы ей хотелось не поддаваться тоске в эти дни! Кажется, она полностью потеряла способность рассуждать. Алесандра стояла у окна в сорочке и халате, глядя на улицу, и так была погружена в свои безрадостные мысли, что даже не заметила, как отворилась дверь.

– В чем дело, сердце мое? Ты себя плохо чувствуешь?

Голос Колина был полон беспокойства. Алесандра глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и посмотрела на мужа:

– Мне хочется домой.

Колин не ожидал этого услышать. У него был чрезвычайно растерянный вид. Но он быстро взял себя в руки. Притворив дверь, Колин подошел к жкене.

– Ты и так дома.

Алесандра хотела возразить ему, но удержалась.

– Да, конечно, – согласилась она. – Но мне бы хотелось получить твое разрешение поехать в гости в Святой крест, От монастыря рукой подать до «Каменного рая», а мне хотелось бы снова увидеть мой отчий дом.

Колин подошел к ее письменному столу.

– И какая тому причина? – спросил он, опершись о край стола в ожидании ответа.

– Сегодня я получила письмо от матери Марии и неожиданно почувствовала такую тоску по дому!

Ни один мускул не дрогнул на лице Колика.

– У меня сейчас нет времени, чтобы…

– Со мной могут поехать Реймонд и Стивен, – перебила Алесандра. – Я не хочу, чтобы ты со мной ехал. У тебя и без меня дел по горло.

Колин почувствовал, что начинает терять терпение. Мысль о том, что его жена отправится в путешествие без него, казалась ему просто дикой. Однако он не хотел отвечать прямым отказом на ее просьбу, потому что никогда прежде не видел ее такой расстроенной. Добавив к этому ее интересное положение, он совсем разволновался.

Алесандра, должно быть, не в своем уме, если намерена выудить у него разрешение. Но и об этом он умолчал.

Колин попытался прибегнуть к здравому смыслу, чтобы заставить Алесандру его понять.

– Дорогая…

– Колин, ты во мне не нуждаешься!

Это немыслимое заявление застало его врасплох.

– Черт возьми, как это не нуждаюсь? – почти заорал он.

Алесандра покачала головой и отвернулась от него.

– Я тебе никогда не была нужна, – прошептала она.

– Алесандра, сядь.

– Не хочу.

– Я хочу поговорить с тобой об этом… – Он чуть было не сказал «об этом смехотворном представлении», но вовремя остановился.

Алесандра как будто не слышала его и продолжала смотреть в окно. Колин заметил стопку листков на ее столе и неожиданно понял, что ему нужно сделать. Он быстро пролистал списки, пока не нашел тот, где сверху было написано его имя.

Алесандра не обращала на него внимания. Колин свернул листок пополам и засунул его в карман. Затем снова попросил ее сесть. На этот раз резче, настойчивее.

Алесандра все медлила. Наконец она вытерла слезы и подошла к краю постели. Потупившись, низко нагнув голову, она молча села.

– Неужели ты вдруг перестала меня любить?

Колин не мог скрыть беспокойства в голосе.

Алесандра удивленно подняла глаза на мужа:

– Нет, конечно, я не перестала тебя любить!

Он облегченно вздохнул, довольный таким ответом. Подойдя к ней, он остановился.

– Нет никакого дядюшки Альберта, верно? Вопрос, заданный в лоб, смутил ее.

– Какое отношение имеет дядя Альберт к моей просьбе поехать домой?

– Черт побери, твой дом здесь!

Алесандра снова наклонила голову.

Колин тут же пожалел о своих словах и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.

– Удели мне еще минутку, Алесандра, и ответь на мой вопрос.

Она долго колебалась, сказать ему правду или нет:

– Ты прав, нет никакого дядюшки Альберта.

– Я так и думал.

– Почему ты так и думал?

– От него никогда не приходило никаких писем, тем не менее я слышал, как ты говорила Кейну, что получила от него весточку. Ты его выдумала, и мне кажется, я знаю зачем.