Однако припарки помогали избавиться от судорог, и, поскольку Алесандра отвлекала его мысли, Колин позабыл о своей щепетильности и смущении из-за шрамов.

Если не считать раненой ноги, Колин совсем не стеснялся своего тела. Ко всему прочему он был немного эксгибиционистом. Алесандра облачилась в строгую розовую с белым ночную сорочку с глухим воротом и такой же халат. На Колине не было ничего. Руки он заложил за спину, и, когда он снова глубоко вздохнул, Алесандра увидела, что ее муж с ней был совершенно раскрепощен… и доволен.

– Согласен, Кейн действительно слегка засуетился, но только потому, что была лишь теоретическая вероятность причастности Моргана к этому делу.

– Слегка засуетился? Ты, наверное, шутишь, Колин. Мужчина хватает свою жену, заталкивает в экипаж и сломя голову мчится в парк за сестрой.

Колин усмехнулся, представив эту забавную картину.

– Ладно, он проявил излишнюю бдительность. Но я-то нет.

Алесандра совсем не элегантно хмыкнула.

– Разве я не видела, как ты на ходу вскочил в их экипаж, чтобы тебя не оставили?

– Бдительность – мать безопасности, Алесандра.

– И все из-за пустяка, – сказала она. – Кэтрин умерла бы от стыда, если бы вы с Кейном схватили ее. Слава Всевышнему, Морган привез девушку домой прежде, чем братцы выследили ее! Между прочим, в этом есть доля моей вины.

– То есть?

– Это я всех втянула, – призналась Алесандра. – Не хотела напрасно волновать твоих родственников.

– Они и твои родственники, – напомнил Колин жене.

Алесандра кивнула.

– Как ты думаешь, почему Виктория отказала Моргану?

Перемена темы не удивила Колина. Он уже стал привыкать к тому, что мозг его жены перебегает от одной мысли к другой. Эта женщина обладала чрезвычайно сильной логикой и дьявольской проницательностью, и по этой причине он больше не отмахивался от ее суждений. Она ни в коей мере не считала Нейла преступником, да Колин и сам не был уверен в этом.

– Морган по уши в долгах и может потерять свои поместья.

– Откуда ты это знаешь?

– Сэр Ричардс мне сказал, – ответил Колин. – Возможно, Виктория считала, что достойна лучшей партии.

– Да, – согласилась Алесандра. – Вполне возможно.

– Сердце мое, не пора ли нам спать? Алесандра поспешила отойти от кровати и поставила таз с водой на скамеечку у окна. Сняв влажную ткань с его ноги, она свернула и положила ее рядом с тазом,

– Колин, ты чувствуешь себя виноватым из-за того, что не слушал меня, когда я пыталась поговорить с тобой о Виктории?

– Дьявол! Да, я чувствую себя виноватым! Каждый раз, когда ты касалась этой темы, я повторял тебе, что твои подозрения напрасны.

– Хорошо.

Он приоткрыл один глаз и посмотрел на нее:

– Хорошо? Ты хочешь, чтобы я чувствовал себя виноватым?

Алесандра улыбнулась:

– Да.

Она сняла халат, повесила его на спинку кровати и принялась расстегивать ночную рубашку.

– Хорошо, потому что я получила преимущество в переговорах.

Колина позабавила такая официальность. Вид у нее был уморительно серьезным.

– И о чем же точно ты хочешь вести переговоры?

– О том, как мы будем спать. Я собираюсь всю ночь проводить в твоей постели, Колин. Тебе больше нечего возразить.

Алесандра оставила свои попытки расстегнуть ночную сорочку и поспешила забраться в постель. Вероятно, Колину будет гораздо труднее отклонить ее требование, если она окажется рядом с ним. Алесандра натянула на себя одеяло, взбила подушку и вполголоса сказала:

– Если чувство вины тебя не убедило, то мне придется напомнить тебе о моем деликатном положении. Ты не можешь ни в чем отказывать матери своего ребенка.

Колин рассмеялся. Он повернулся на бок и обнял жену.

– Ах ты, мой маленький дипломат! – протянул он. – Любовь моя, дело не в том, что я не желаю спать с тобой, просто я встаю по ночам и не хочу будить тебя. Ты должна отдыхать.

– Ты меня не разбудишь, – ответила она. – Сегодня пришло длинное доброе письмо от матери-настоятельницы, – вспомнила Алесандра. – Я оставила его на твоем столе, чтобы ты прочитал. Теперь вокруг «Каменного рая» цветут розы. Возможно, в следующем году, когда ты повезешь меня посмотреть на замок, цветы так же будут цвести. Это достойное зрелище, муж мой!

– Господи, неужели я и в самом деле владелец замка?

Алесандра прильнула к мужу.

Мать-настоятельница умудрилась высвободить деньги из банков. Конечно, я никогда не сомневалась в ее способностях. Она блестяще справилась с этой нелегкой задачей.