За кассой сидела незнакомая дама.

– А где Мэри?
– спросила миссис Уайтэкер.

Дама покачала головой. Она носила голубые очки в угловатой оправе, а её седые волосы были подкрашены синькой.

– Уехала с каким-то парнем, - сказала она, пожимая плечами.
– На лошади. На лошади, я вас умоляю. Я сегодня должна была быть в Хэтфилде, а пришлось просить Джонни, чтоб он подвёз меня сюда, пока мы не найдём ещё кого-нибудь.

– О, - сказала миссис Уайтэкер, - так она нашла себе молодого человека. Это очень мило.

– Кому мило, - сказала дама за кассой, - а кому надо бы сегодня быть в Хэтфилде.

На дальней полке миссис Уайтэкер нашла потускневший от времени серебряный сосуд с длинным носиком. Судя по маленькой бумажной наклейке на боку, его оценили в шестьдесят пенсов. Он был похож на приплюснутый и немного вытянутый чайник.

Среди книг она обнаружила роман Миллза и Буна, который она ещё не читала. Он назывался "Её единственная любовь".

– Шестьдесят пять пенсов, милочка, - сказала дама за кассой, разглядывая серебряный сосуд.
– Забавная штуковина, верно? Принесли сегодня утром.

Вдоль верхнего края сосуда была выбита надпись древними квадратными письменами.

– Похоже на маслёнку.

– Это не маслёнка, - сказала миссис Уайтэкер, которая точно знала, что это такое.
– Это лампа.

К элегантно изогнутой ручке лампы бечёвкой было привязано небольшое металлическое кольцо без украшений.

– На самом деле, - сказала миссис Уайтэкер, - я, пожалуй, возьму только книгу.

Она заплатила за роман пять пенсов и отнесла лампу на дальнюю полку, туда же, где нашла. В конце концов, размышляла она по дороге домой, ей было бы совершенно некуда её поставить.