Постояльцы повыбегали из своих комнат, услыхав лязги, грохот и мужские голоса, громко вопящие друг на друга.

Тем временем Хранитель Порядка ударом слева выбил меч у странника из рук и хорошо приложил по его лицу стальной перчаткой. Сарвилл свалился на пол и едва не потерял сознание. Увидев падающее сверху лезвие, он увернулся, перекатившись по полу и ударил в промежность обидчику.

На пороге постоялого двора появились еще два наемника из посланного королем отряда. Они видели, как тот, ради кого был проделан весь этот путь, выставляя руку перед собой, вскакивает на ноги и направляет поток пламени из искр прямо в их командующего. Арбалетчик, недолго думая выпустил болт в чародея, который жадно впился в свою цель уже через несколько мгновений. Адская боль пронзила плечо медведя, а его сознание начало затуманиваться и рассеиваться. В очередной раз, получив стальной перчаткой в челюсть, Сарвилл грохнулся на пол и застонал от боли. Теперь хранитель подошел ближе и, наступив на горло противника, занес меч.

— Вот и все, — прошипел он, сопровождая свой приговор неприятной одышкой.

Все было ясно. История закончилась. Род Кхолдов канет в лету через каких-то несколько мгновений и все станет неважно. Сны. Предназначения. Предзнаменования. Месть. Конечно, всем остальным Кхолдам отныне не суждено прожить и недели. И это единственное, о чем успел подумать странник прежде, чем…

Прежде чем все здание затрясло так, будто в десяти метрах проснулся Авуалий — вулкан, что последний раз просыпался тысячу лет назад на самом краю материка и погрузивший тогда Неймерию в вулканическую зиму на несколько десятков лет.

Дом затрещал, оконные ставни забили, точно зрители, настойчиво аплодирующие за хорошее представление. Земля предательски стала уходить из-под ног у тех, кто еще стоял и неумело убаюкивать тех, кто уже был на полу. Грохотало отовсюду — слева, справа, сверху, из-под земли доносилось рычащее нечто. Со стен посыпались картины и факелы, со столов полетели посуда и свечи — они предательски разбивались и ускользали из рук хозяйки постоялого двора, так усердно пытавшейся их подхватить. Пожилая владелица не сдавалась и упорно спасала все нажитое имущество пока балка, летящая с потолка, не прибила ее к земле, а заодно и нескольких наемников, которые потеряли ориентацию в пространстве, ослепнув от поднявшегося столба непроглядной пыли.

***

— Господин! Господин, очнитесь!

Странник открыл глаза. Ему показалось, что он пробыл без сознания несколько часов, но до сих пор обваливающиеся части гостиницы, дали понять, что прошло совсем мало времени. В воздухе продолжала висеть пыль, а штукатурка сыпаться на пол. Вокруг была неразбериха — кто-то кашлял, кто-то стонал, кто-то дергался в агонии. Со второго этажа спустились постояльцы и, испуганно осматриваясь, выжидали лучшего момента, чтобы начать помогать попавшим под завалы людям или просто незаметно ускользнуть, не заплатив за ночлег.

Сарвилл увидел в зеленых глазах, разбудившей его женщины, извержения вулканов.

— Иллайа… — он закашлялся и сплюнул кровью. — Ты маг?

Девушка виновато опустила глаза, но очень скоро вновь посмотрела на странника.

— Тебе нужно уходить, времени совсем мало, — она окинула взглядом людей, освобождающих наемников из-под бревен.

Медведь глазами не переставал искать Ноэми.

— Помоги мне освободить ногу! — обнаружив себя в ловушке, он лихорадочно задергал конечностями.

Иллайа подозвала двух крепких мужчин, и они ловко скинули с ноги странника тушу Хранителя Порядка. Медведь немедля побежал разгребать обломки там, где последний раз видел свою спутницу.

Правая рука не слушалась, ныла и истекала кровью.

— Ноэ, ты в порядке? Сейчас, я помогу тебе освободиться. — нервно заговорил он, когда лицо чародейки показалось из-под завалов.

— Нет! Уходи немедленно. Ты знаешь, куда ехать и кого искать, — она задыхалась. Упавший на нее книжный шкаф покрывал всю нижнюю часть тела.

— Я не оставлю тебя здесь, — Сарвилл пытался здоровой рукой приподнять шкаф, но даже с помощью дочери корчмаря все попытки оказались тщетны. — Иллайа, позови сюда больше народу!

— Дурак! — процедила Ноэми сквозь зубы и боль. — Ты не понимаешь… Твой сон — правда. Не знаю, что это за способность, но все, что ты переживал, произойдет, хочешь ты того или нет. Если ты немедленно не уйдешь отсюда, то у тебя никогда не будет возможности спасти всех — твою мать, сестру, меня, всех неймерийцев… — она взяла его за руку. — Я прошу тебя, я прошла через слишком многое, чтобы ты остался в живых...

Как только волшебница закончила говорить, ее глаза закатились, голова опрокинулась назад, а пальцы, что крепко сжимали руку странника, потеряли прежнюю хватку. Сарвилл несколько мгновений тупил взгляд, раздумывая как поступить — спасенные наемники у противоположной стены уже начинали приходить в чувство и растеряно оглядываться по сторонам — было неясно, кого они хотят разглядеть в первую очередь — своего командующего, смерть которого королевским приказом отправит их всех на плаху, или преступника, за чью голову назначена самая высокая награда в Дордонии.