— Эй! — резко выкрикнул странник, когда они уже находились в большой зале, которая служила прежним паломникам источником мудрости и знаний, а сейчас являлась не больше, чем заброшенной библиотекой — бесполезным скоплением книг на языке, который могли понять единицы и пригодным лишь для того, чтобы разжечь один из самых знатных костров за всю историю Неймерии.

Вся зала была утыкана внушительными по своим размерам книжными полками, составленными таким образом что, преодолевая библиотеку из одного конца в другой, двигаясь, словно по змееподобному лабиринту, приходилось оставлять позади все жанры литературы, представленные здесь — от «Все о Богах» до «Puapene re Flyauleg».

Тяжелое дыхание неизвестного зверя висело сейчас буквально над каждой ветхой и покрытой толстым слоем пыли книгой.

— Покажись! — напряженно проскрежетал медведь себе под нос, всматриваясь сквозь пространство между «Сокровищами Земель» и «Oofanaly Capate» и пытаясь разглядеть там «нечто».

— Гррррх. — послышалось вновь, но уже совсем близко и одна из полок со скрипом начала валиться прямо на волшебников. Сарвилл, что было сил, оттолкнул принцессу в сторону и сам прыгнул вслед за ней. Полка рухнула рядом и рассыпала миллионы знаний Первой Расы, среди которых не было ни одного знакомого страннику слова, на грязные замусоленные полы.

— Оборотень! — он вскочил на ноги, увидев, как за одной из полок скрылась лохматая изогнутая в горб спина, покрытая густой шерстью. — Оставайся здесь!

Медведь бросился следом за оборотнем, огибая мебель на поворотах как можно дальше и выставляя острие меча в ту сторону, с которой на него теоретически мог накинуться зверь. Огромная зала не показывала своего конца еще долго — он пробежал мимо «Uvebe de grunto», «Gocolitas», «Fanary» и «Yuliscitos» и каждый из этих жанров занимал от двух до пяти длинных полок. И вот, наконец, он остановился напротив «Jitisanogo» — исполинской полки, стоящей прямо перед ним и предлагающей обогнуть ее либо с одной, либо, с другой стороны. Выбирать не пришлось. Оборотень выпрыгнул из-за правого угла, яростно зарычал и встал на задние лапы во весь рост.

Зверь был ростом в полторы сажени с волчьей мордой и некрасивыми огромными лапами, такими будто они были повсеместно сломаны, а потом криво срослись во множестве мест от запястий до самых концов пальцев, а когти достигали четырех дюймов в длину. Все его тело было покрыто грязной редкой шерстью с проплешинами и засохшей кровью. Глаза оборотня блестели красным, как настоявшееся вино.

— Пытаешься смутить меня, словно девку, которую заставили признаться, что у нее начались первые месячные? — Сарвилл медленно направил острие меча в его сторону. Ликантроп заревел еще пуще. — Понимаешь общий язык? Не удивительно… Один твой вид нарушает все каноны и срывает навешенные штампы.

Оборотень сорвался с места. Боясь прыгнуть прямо на меч, он заметался вокруг странника запугивая того ложными замахами своих корявых лап. Сарвилл спокойно сдерживал темп, разворачиваясь на одном месте вслед за мордой зверя, свободной рукой создавая в воздухе искрящуюся массу, которая уже была готова полететь в цель. Огненный шар не набрал достаточной силы — ликантроп почувствовал опасность и ловко выбил меч из рук медведя, заставив странника запустить не набравший всей мощи огонь в грудь оборотня — зверь взвыл от боли и в агонии затрепыхался на полу. Запахло жженой шерстью. Когда волк вскочил на ноги и побежал вокруг жертвы, слабые огненные шары полетели в него один за другим, заставляя огонь облизывать старинные рукописи и оставлять следы гари на стенах и полках древней библиотеки. Странник выбрал момент и схватил меч уже обеими руками. Крепче. Так, чтобы было не выбить. Теперь он мог сосредоточиться и увернуться от выпада существа.

— Мне интересно, — заговорил Сарвилл, не отпуская внимания, — что же ты не превращаешься в человека? Солнце уже высоко, а тебе словно по боку…

Зверь злобно завыл в ответ — то ли от боли, то ли для устрашения соперника. Сарвиллу показалось, что движения ликантропа стали быстрее и резче. Оборотень побежал вокруг него намного проворнее и теперь странник не успевал за противником, а в один момент вообще пропустил выпад — волчья морда клацнула челюстями прямо перед его лицом. Он среагировал мгновенно, правой рукой вцепившись в горло существа, а левой, которой сжимал рукоять меча, врезал атакующему по подбородку. Затем, отпустив ликантропа, ударил ему ногой в грудь так, что тот отлетел и врезался в стоящую позади книжную полку, повалив ее на пол. Грохот, что случился после этого, разнесся не только по библиотеке, но и далеко за ее пределами, сотрясая покойные до сегодняшнего дня веками помещения.

— Здоровая ты детина, — Сарвилл предплечьем вытер пот с лица, — но, надо признать, уязвимая.

Он тут же занес меч и принялся быстрыми движениями рассекать воздух перед собой, принуждая зверя пятиться. В конце концов, животное почувствовало превосходство человека, заскулило и ринулось прочь.

— Беги, трус!

Забытая библиотека получила встряску на несколько веков вперед и теперь приходила в себя, успокаивая трясущиеся полки, смиренно осаживая, летавшую в воздухе пыль и возвращая в залу тишину, царившую в этом лабиринте вечность.

— Сарвилл, — голос Лианы зазвучал прямо из-за его спины и словно гром среди ясного неба рассеял ощущение пустоты после битвы, — ты слишком болтлив в моменты, когда твоей жизни угрожает опасность. Когда-нибудь это сыграет с тобой злую шутку, милый.

Странник обернулся. Чародейка сосредоточено отряхивала платье.

— И давно ты наблюдаешь за мной? — спросил он, убирая меч в ножны за спиной.

— Я бежала следом с тех пор, когда ты просил никуда не уходить. — ответила волшебница и кончики ее губ вместе с бровями поднялись выше.