— Кто еще замешан? Кто!?

— Я, я, я не знаю! Вроде только со мной работает!

Костя вернулся.

— Как крест выглядит? Кость, разводи костер, сейчас будем поджаривать эту свинью.

— Я правда не знаю! Я ничего не знаю. Я не видел его никогда!

Поникшим голосом запричитал прапор и знаете, я ему поверил.

— Я просто хотел пожить по-человечески хоть раз в жизни. Дать всё что заслуживают своей семье. Всю жизнь в армии и что она мне дала?

Прапор упал на пол и обмяк, из-под носа доносился какой-то бубнеж. Жалеет себя. Костя, окликнул меня.

— Макс, больше он ничего не расскажет нам интересного. Как подавали сигнал мы и сами видели, как информацией обмениваются, знаем. В расход его.

Слова Кости выбили меня из колеи, когда похищал прапора я понимал, что нужно сделать что бы получить информацию, но что делать дальше с ним, я не продумал.

— Что тебя смущает? Если отпустим его, то он сразу же Кресту маякнёт что раскрыт и хрен мы его достанем. А за одно к генералу побежит жаловаться на нас, как мы его честь опорочили. И ждет нас не возмездие, а в лучшем случае срок, а то и по закону военного времени к стенке поставят.

— Ты прав, но.

— Никаких НО, вот тебе нож, в расход его.

— Почему я?

— Мы с тобой полезем в осиное гнездо, хочу быть уверен, что ты готов пойти до конца.

Армейский нож лег мне в руку тяжким грузом. Да в новом мире мне приходилось убивать. Но каждый раз меня и самого пытались убить. То была самооборона. И зачастую всё происходило на автомате.

— Может я просто пристрелю его?

— Да, отличный план. И на звук выстрела сбегутся все патрули округи. Это конечно знатное бомбоубежище, но сомневаюсь, что оно скроет звук выстрела. Давай, в юго-западном придется и похуже дела делать.

Прапор услышал слова Кости, вскочил и начал умолять оставить его в живых. Обещал, что уедет из города, что никто ни чего не узнает. Обещал исправиться. От его слов становилось только хуже.

Сука! Я не хочу его смерти! Но если я не убью прапора, то что дальше? Буду кормить его и согревать холодными вечерами? И как много времени пройдет, прежде чем Саныча найдут? Неделя? Месяц? По весне запустят ГЭС и снова будет источник электроэнергии в городе. Школы заработают, а тут этот. Страх и адреналин захлестнули с головой, рука с ножом заходила ходуном. Я понимаю, что его нужно убить. Нужно, но неправильно. Но из-за этой твари могли убить Захара, Пашка инвалидом стал, Надя чуть не умерла. Надя, Пашка, Захар, неправильно, не хочу! Надя, Пашка, Захар! Надя! Я закричал и вогнал нож по самую рукоять прапору в грудь, вытащил и ударил снова, потом еще и еще. Он захрипел, изо рта потекла кровь. Очередной хрип выпустил на свободу брызги крови, и куда же они могли упасть? Конечно же, мне на лицо. Я выронил нож, отпрянул назад и растер рукой кровь по лицу.

— Молодец, ты всё правильно сделал. Он заслужил.

Оттолкнул Костю. Выбежал на улицу. Холодный воздух наполнил легкие. Разум немного очистился и убийство прапора стало до ужаса реальным. Чавкающий звук ножа, прорезающего плоть. Стон, наполненный страхом и болью. Кровь. Я схватил ледяное крошево, в которое превратился снег и стал тереть руки и лицо. Лёд сдирал кожу, и уже подсохшие ранки на кулаках, обжигал холодом. Руки и лицо стали чистыми. Но на задворках сознания появилась мысль «Ничего уже не будет как прежде». Кожа стала чище, но кровь прапора как будто замарала душу. Так оно и было.

Вернулся домой, Надя не спала.

— Ты где был? По работе вызывали?

— Да, по работе.

— Максим, всё хорошо?

— Да, всё нормально, просто на работе проблемы.

Вот и первое зерно раздора, которое я посеял. Она чувствует, что я что-то не договариваю, а я не могу рассказать ей правду. Ради её же безопасности! Хотя кого я обманываю? Просто боюсь её потерять. Жизнь забавная штука. Недавно я был на седьмом небе, а за последние недели всё что я испытывал так это ненависть и страх. Как будто маятник качнулся в другую сторону. Если это крайнее положение маятника, то дальше должно быть лучше, правда?

Но лучше не стало. Следующей ночью, мы с Костей снова поперлись к заставе на Ворошилова. План заключался в том, чтобы подать сигнал Крестовцам, и перехватить посыльного в момент заброса записки. Дождались появления огонька, и поперлись прямиком на заставу. Нас встретил постовой.

— Стоять! Кто такие?

— Меня Максим зовут, я из конструкторского бюро, хотел узнать есть ли у вас какие потребности в оснащении блок поста?

Подойдя, поближе показал ксиву и солдат успокоился.

— Саня, всё нормально! Свои! Опусти пулемет! — крикнул боец и в темноте что-то звякнуло — А хрена вы по ночам шаритесь? Днем времени нет?

— Мужик, ну ты сам подумай, сколько у нас застав и сколько работы на производстве. Когда мне днем шляться то?

— Согласен. Закурить есть?

Костя протянул солдату пачку беломора.

— Давай подержу фонарь, пока покуришь.

Костя взял фонарь и принялся им махать как делал прапор.

— Ты чего делаешь?

— Да чёт вспомнил как на концертах зажигалками махали во время выступления и не удержался.

— Да, хорошее время было. Кстати, в галерее Чижова парнишки круто лабают. Притащили инструменты, барабаны, гитары, всё как надо. По вечерам жару дают. В выходные порой захожу послушать. КиШа играют, вот эту вот помнишь? «В провинциальном городке, был праздник музыка звучала», эх жаль оригинал не послушать.