– А можно мне что-нибудь одеть?

– Нет. Мужчина должен спать раздетым.

– Почему?

– Так придумали древние римляне. Ты слышал о них? Они все были герои.

– Но я хочу одеться.

– Потерпи. Я куплю тебе новую одежду. Твоя старая никуда не годится.

Мальчик успокоился и уснул.

Всю ночь Старухе снились непристойные, но очень туманные сны; в самых интересных местах все как-то терялось и персонажи сна начинали заниматься не своим делом. Наутро она взяла из шкафа старые вещи отца и выбрала кое-что, пока мальчик спал.

Утром она одела мальчика, внимательно разглядев его уже при дневном свете. Мальчик выносил разглядывание спокойно, как на приеме у врача. Вещи оказались великоваты, но подошли, за неимением других.

Перед завтраком она почитала Пушкина вслух и в некоторых местах мальчик заинтересовался. Старуха решила читать Пушкина каждый день, а потом перейти на Лермонтова. Она сделает из Маленького Мужчины человека, а в благодарность Маленький Мужчина... Ну ладно, каких только чудес не бывает на свете.

После завтрака мальчик нашел зернышко акации и решил его посадить. Сущий ребенок!
– подумала Старуха с нежностью и сказала:

– Нельзя.

– Почему нельзя?

Старуха и сама не знала почему нельзя, просто ей хотелось проверить силу своего авторитерта.

– Потому что вырастет колючка, - сказала она.

Потом она почиталала рекламную газетку, нашла нужный телефон и вызвала людей, ставящих замки. Люди пришли, поставили замки, взяли несусветно огромную сумму. Старуха согласилась с суммой, но сама попробовала прочность каждого замка. Как уверяли техники, такие замки не берет ни одна отмычка. С новыми замками Старуха была уверена, что мальчик не сбежит. Значит, ничто не помешает ей сделать его счастливым.

С самого утра мальчик просился погулять, но Старуха не пускала. Мальчик послонялся по дому и пошел в подвал.

Подвал был несоразмерно большим, как будто построенным навырост. В нем было несколько бетонных коробок и коридоров, идущих друг за другом. В любом ребенке есть интерес к подземельям.

Мальчик дошел до последнего, четвертого подземелья: и выключил фонарик. Здесь было абсолютно темно. Наверное, четвертый подвал был самым старым. Мальчик снова включил фонарь и посветил на стены. Здесь стены были кирпичными и влажными, все в капельках росы. У одной стены грудой лежала картошка. У другой - куски досок, старых стульев и всякой деревянной чепухи, которая вросла в землю. Мальчик вспомнил о семечке акации, которое до сих пор сжимал в кулаке, и решил посадить его здесь.

Он отодвинул несколько досок, выкопал ямку и положил в неё семечко. Он спрятал семечко между старых палок, чтобы Старуха не догадалась. Он был послушным и не хотел противоречить желаниям доброй тети.

Семечко нужно было полить. Мальчик взял с полки бутылку с прозрачной жидкостью и отбил горлышко о стену. В бутылке оказался компот. Мальчик полил акацию. Теперь она обязательно вырастет.

Из под камня выглянула крыса и, понюхав воздух, выдавила свое жирное тело наружу. Ни капельки не стесняясь, она подошла к куче картошки и лениво погрызла одну картофелину. Потом снова убралась в свою нору.

Мальчик вышел из подвала.

Старуха возилась, проверяя прочность замков.

– Тетя, - сказал он.

– Что?

– Я был в подвале.

– Ты можешь ходить где хочешь, но не выходи из дома.

– Там была картошка и бутылки.

– Я знаю, и что же?

– Крыса перевернула бутылку с компотом и бутылка разбилась.

Старуха посмотрела на мальчика внимательнее.

– Крыса, говоришь? Тогда нужно завести кошку. Впрочем, нет, кошку моя Веста не переживет.

И она снова занялась замками.

Мальчик ушел в комнату, лег на диван, стал повторять алфавит. Вообще-то алфавит он знал, но плохо. Ему понравилось, как быстро и правильно читала тебя слова из книжки. Иногда читала, даже не глядя в книжку. Мальчик пробовал и пробовал; из звуков начали получаться слоги, потом слова. Он прочел название книжки. Книжка называлась "Букварь". Я обязательно научусь читать, - подумал он.

Прошел год. Все это время мальчик не выходил из дома. По ночам все двери запирались на замки, а днем Старуха была неразлучна с ним. Уходя куда-нибудь по делам, она запирала мальчика в подвале, как в самом надежном месте. Мальчик уже привык и не сопротивлялся. Нельзя сказать, чтобы ему плохо жилось. Он ел вдоволь и вкусно, одевался просто и смотрел мультфильмы по видео. Он привык спать раздетым и к тому, что Старуха мыла его каждый вечер.

Старуха ждала. Теперь мальчику было уже тринадцать. Он был очень рыжым, курносым и плосколицым, то есть далеко не красавцем. Но у него была улыбка. После года старушачьих усилий улыбка оставалась такой же невинной.

У Старухи испортился сон. Она часто лежала с открытыми глазами, слыша где-то у подмышки теплое дыхание мальчика, и размышляла. Вначале она думала, что мальчик просто глуп, но он быстро научился читать и научился судить о поэзии с совсем не детской глубиной. Потом Старуха думала, что мальчик слишком мал, но когла ему исполнилось тринадцать, серьезно забеспокоилась. Однажды ночью ей в голову пришла мысль о сопернице.