– Да? Наверно, подсознание шалит. Оно не воспринимает всерьез предложения, в которых есть «нет» или «не». Понимаешь, о чем я?

– Нет.

– Вот, я даже не понял, о чем ты. Но могу предположить. Что-то вроде: «Денчик, почему ты не рядом со мной?». Угадал?

– Не-а. Я сказала, чтобы ты отстал! Не звонил, не писал, на глаза не попадался.

– Карамелька, ты меня не слушаешь? – поднывает он.
– Говорю же, не могу я воспринимать твое «не». Тем более ты слишком часто его произносишь. Замени на «да», и мы поговорим на одном языке. Где ты?

– Далеко от тебя.

– Вряд ли. Судя по тому, как у меня сердце бьется, ты где-то близко. Хочешь, я помогу тебе до дома добраться?

– Ты мне уже сегодня помог. Хватит.

– Ну, Саш, ты из-за работы так психуешь? Забей. Я считаю, что ты достойна лучшего. Не хочешь попробовать себя в роли модели? У меня есть знакомый кореш, он профессиональный фотограф. Давай устроим фотосессию в стиле…

Да зачем я, вообще, его слушаю?

Одно нажатие, и голос Макеева перестает раздаваться из динамика.

Честное слово, мне легче стало.

Янка щурит глаза и вопросительно смотрит на меня:

– Он хоть увидел, что его тачку будто голуби пометили?

– Не знаю. Ничего об этом не говорил.

– О чем тогда болтали? Ты так старательно мешала подслушать.

– Ты бы мне еще на шею села.

– Хотела, но ты уже отошла. А про какую фотосессию он говорил?

Вау! Вот это слух.

– Без понятия. Я же сбросила. Про какого-то знакомого фотографа втирал. Мне все равно.

– Стоп. Стоп. Стоп. Фотограф? Знакомый? – Глаза у Янки загорелись, и мне сразу стало понятно, что ничего хорошего сейчас я не услышу. – Санечка, а может быть, ты согласишься? Придем вместе, а ты потом скажешь, что передумала.

– Еще чего! Мне делать больше нечего?

– Ну, пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста.

– Хочешь быть в должниках у Макеева? Вперед. Я не собираюсь иметь с ним ничего общего и тем более соглашаться на его дурацкие предложения.

– Дурацкие? Сань, побойся Бога, – комментирует она, набирая что-то на телефоне.
– Я, когда искала в интернете инфу на Дениса, узнала, что он с Корнеевым общается.

– И? Футболист здесь при чем?

Тем более староват он для роли кореша Макеева.

– Какой, на фиг, футболист? Даниил Корнеев – крутой фотограф. Представь, как позеленеют девчонки, когда узнают, что нас Корней щелкал.

– А я не хочу, чтобы меня кто-то щелкал. И ты не хочешь.

– Хочу. Еще как хочу.

– Перехочешь. И закрыли тему.

– Но…

– Будешь фоткаться по старинке, на телефон, возле зеркала. Кстати, помой его перед этим. Твоя очередь.

– Что ты за человек, Ивлеева? У меня стресс, без любимой работы осталась, а ты заставляешь с тряпкой по дому бегать. Прояви немного сострадания.

– Между прочим, не ты одна без работы осталась.

– Вот не надо на себя все стрелки переводить и к чужому горю подмазываться, вредина. Ой, это не Макеев идет?

– Где?

– Не-е, не он, – смеется Лаврова. – Видела бы ты свое лицо. Ладно, отомстила, теперь можно про Корнеева забыть. Зайдем в магазин? Кушать хочется.

– Хорошо.

Чего я, собственно, испугалась так?

Да плевать мне на Макеева. Даже если б и он шел. Что здесь такого? Бегать и скрываться от него я точно не собираюсь. Не в моих правилах.

Переходя дорогу на светофоре, я услышала, как нам кто-то посигналил. Не сразу, но я повернула голову.

Ух, черт.

Лучше бы я этого не делала.

Из окна машины, облитой кефиром, на меня смотрела улыбающиеся физиономия Дениса.

Это что? Воздушный поцелуй?

Я говорила, что убегать не буду. Про быстрый шаг разговора не было.

– Ивлеева, так нечестно, – бурчит Янка, выходя из такси. – Ты собиралась двадцать минут, когда я три часа на то убила.

– И что?

– А то, что я похожа на начальницу ТСЖ, а ты на гламурную фифу. Где справедливость?

– Какие три часа? Да ты два с половиной из них на кухне проторчала, опустошая холодильник. И не надо врать. Ты бесишься, потому что я не разрешила взять мою юбку.

Отрываю взгляд от подруги и смотрю по сторонам. В клубе я последний раз была месяц назад. Наш поход закончился тем, что Лаврова подвернула ногу и нам пришлось ехать в травму. Именно поэтому я сегодня спрятала ее туфли, на которых не то что ходить, в них стоять опасно.