– Какой он молодец, – сквозь зубы отвечаю, стараясь не смотреть на этого гада.

– Ну, меня обычно по-другому называют, но так тоже сойдет, – лыбится он, чуть приподнимая руку. – Совершенно случайно нашел ваш тайник. Контрабандой кактусов занимаетесь?

– Ой, нет, конечно, – запричитала Регинка, в ладоши хлопая. – Их только утром привезли. Девочки, наверно, еще не успели в зал вынести.

– Не успели, значит… - наглая физиономия щурится, и, обходя хозяйку клумбы, Макеев вигается в мою сторону. – Саша, Саша… А я думал, ты за честность топишь.

– Кто бы говорил. Сам что устроил? – шепотом огрызаюсь, стараясь, чтобы одна мадам не услышала нашу грызню. – Кто тебе, вообще, разрешал в подсобку заходить?

– Я ни у кого и не спрашивал. Нельзя, что ли?

– Для таких, как ты, специально на дверях таблички вешают, где огромными буквами написано: «Посторонним вход воспрещен».

– Для таких красивых? – наклоняется он, в глаза заглядывая. – О, Карамелька, лед тронулся, и мы перешли на новый уровень отношений. Поздравим друг друга с проделанной работой? Хотя стой. Ты для этих отношений еще ничего не сделала. Поздравляй только меня. Я – молодец.

– Я не говорила, что ты красивый. Ты бредишь.

– Но подумала.

– Нет.

– Угу.

– Макеев!

Ой. Да почему я никогда не могу его фамилию тихо произнести? Будто в этот момент черти на голосовые связки давят, орать заставляя.

– Обожаю свою фамилию, – и заулыбался от уха до уха, как счастливый бульдог, который старую косточку откопал. – Завтра прокричишь ее несколько раз? Хочу на звонок поставить.

Даже хорошо, что денег в кассе много. Регина была занята их пересчитыванием и не обращала внимания, как ее работница шепотом кричит на постоянного и обожаемого (бр-р-р) покупателя.

– И не подумаю. Тем более специально не буду выходить завтра из дома, чтобы на тебя случайно не наткнуться.

– У красавицы плохая память?

– Отличная, в отличие от твоей. Ящик кактусов есть, а табуна сестричек нет, – развожу руками. – И что-то мне подсказывает, Регина сейчас отпустит нас домой и закроет магазин.

– Думаешь, я не успею их продать? Карамелька, не обижай меня.

– Не успеешь. Кактусы – не в тренде. Их не покупают. Бабники вместо них дарят розы своим многочисленным сестрам.

– М-да, - тяжело вздыхает он, рассматривает горшок с цветком в руке. – Грусть-тоска… Но знаешь…

– Выход там, – заканчиваю за него, победно улыбаясь. – Надеюсь, больше не увидимся.

Вот сказала.

И голос не дрогнул.

Сейчас он уйдет, а чуть позже и мы с Лавровой. Не будем же мы, в самом деле, до вечера здесь торчать в надежде продать хоть один огурец с колючими иголками.

Макеев не ушел.

Рано Сашка радовалась.

– Регин, купи кактус. – Денис одним шагом обогнал меня и встал напротив стойки. – Хороший кактус. Не жеванный.

Парню плевать, что он чушь несет. Обернулся, зыркнул, мол, не все еще потеряно, и снова к хозяйке пристал.

– А лучше сразу ящик возьми. Потом бегать не придется.

Судя по горящему взгляду Макеева, он и правда никогда не сдается. С интересом посмотрю, как его сейчас обломают.

– Блин, а ты видела, как она этот ящик перла? – веселилась Лаврова, вприпрыжку двигаясь от остановки. – Она не поняла, как он ее на покупку развел. Ай, просто гений. Официально: Макеев - мой герой.

Хоть убей, до сих пор не пойму, как у него это получилось. Сама присутствовала там, своими глазами смотрела и в какой-то момент была готова из сумки пару купюр достать, чтобы и себе горшочек прикупить. Он не гений – он гипнотизер-мошенник.

– Вот и беги к своему герою. Предательница. Поддакивала ему еще.

– Сань, ты чего? Я опыта набиралась, – поясняет подруга, которой Денис премию дал за неоценимый вклад в развитие его личной жизни. Угу. Так и сказал: «Пончик, держи. Назову кактус в твою честь». – Когда еще такой мастер-класс увижу? Тем более парень-то реально старался. Не могла ж я носом вертеть, как ты. Получился бы носовой перебор.

– Ты даже не старалась.

– В смысле? Очень даже старалась. Да я ради счастья подруги через себя переступила. Забила на свои принципы, глаза на происходящее закрыла.

– М-да? Ну, расскажи мне о своих принципах, Иуда?

– Чего сразу Иуда-то? Занимайся после этого добрыми делами.

– Ничего не путаешь?

– Не-а. Видно же, что ты парню понравилась. Признаюсь, сначала я была против него, но потом…

– Потом ты узнала его фамилию, и он тебе резко понравился?

Янка отмахнулась.