Ник помедлил, чтобы махнуть в сторону миниатюрного парня за баром, и Саймон густо покраснел и помахал в ответ, весело улыбаясь.

— …нашёл меня на полу. Сразу после того, как привёз тележку с ассортиментом пакетиков крови, которые я заказал после боя той ночью.

Последовало молчание.

Первые несколько секунд Брик лишь смотрел на него.

Затем взгляд его хрустальных глаз скользнул в сторону.

Он показал жест проходившей мимо официантке, и она тут же подошла, бодро улыбнувшись ему.

— Вы что-то хотели, сэр?

— Джин-мартини, — сказал вампир. — С шестью оливками. И самую свежую первую отрицательную.

— Конечно, сэр. Сейчас всё будет.

С Бриком она вела себя деловито, почтительно… почти испуганно.

Как и Ник, его прародитель тоже вызывал определённые реакции.

Энергия и есть энергия.

— Зачем, Брик? — спросил Ник.

Его прародитель улыбнулся.

— Вот что ты хочешь знать? Зачем?

— Это очевидный вопрос, не так ли?

— Теперь ты будешь обращаться со мной как с дураком, брат? — Брик медленно поднял взгляд, посмотрев Нику в лицо. — После того, как ты только что так красноречиво заверил меня, что никогда так не поступишь?

Когда Ник нахмурился, Брик едва слышно цокнул языком.

— У тебя есть теория на этот счёт, брат. Я бы хотел её услышать.

Ник помрачнел ещё сильнее.

И всё же его прародитель не ошибался.

Выдохнув с раздражением, смешанным с какой-то капитуляцией, Ник пожал плечами.

— Ну. Ты явно хотел, чтобы я покинул Сан-Франциско.

— Явно, — согласился вампирский король.

— Дело явно было не в бое, поскольку тогда ты бы сделал это, пока я ещё был на Манхэттене. Так что ты не возражал против моего приезда сюда, понимая, что я несколько дней буду драться на ринге, а потом вернусь в Нью-Йорк к жене.

Брик откинулся на спинку кожаного дивана, давая пространство для официантки, которая положила на влажный стол коктейльную салфетку, затем аккуратно поставила мартини Брика. После этого она положила круглый подогреватель крови и ещё аккуратнее поставила на него бокал первой отрицательной.

— Вам нужно что-нибудь ещё, сэр?

— Нет. Всё великолепно. Благодарю, кузина.

Она покраснела, явно польщённая вопреки страху.

— Не стоит благодарности. Дайте знать, если что-то понадобится, — на сей раз Ник был для неё лишь запоздалой мыслью, поскольку она покосилась на него только напоследок. — …Вы оба.

Ник слегка усмехнулся, но лишь кивнул в знак благодарности.

Когда она ушла, он посмотрел обратно на своего прародителя.

— У меня не складывается впечатление, будто ты не хотел, чтобы я помогал Морли с расследованием убийства, — добавил он. — Или будто ты не хотел, чтобы я помог тебе расправиться с последними поставщиками того искусственного яда, работающими в Европе, Сан-Франциско и России…

— И в Нью-Йорке, — перебил Брик. Он поднял палец, глотнул первой отрицательной, затем опустил бокал. — И ещё в Майами. Хотя большая часть работы с братьями и сёстрами в России ещё впереди, это правда, — добавил он с улыбкой.

Ник не улыбнулся в ответ.

Он поколебался, глядя на своего прародителя.

Его челюсти сжались, пока он продолжал смотреть.

— Задай этот вопрос, Ник, — ровно произнёс Брик. — Просто спроси. Тебе этого явно хочется. Ты зашёл так далеко… можно и спросить.

Ник сглотнул.

Он был вампиром, так что в этом не было необходимости.

Но он всё равно сглотнул.

— Это не наш мир, — сказал он.

Брик выгнул бровь.

— Это не похоже на вопрос, любовь моя.

— И всё же я спрашиваю, — прорычал Ник. — Это не наш мир. Мири и Блэк не покидали Землю, — он сглотнул, уставившись на своего прародителя. — Мы её покинули. Ведь так?

Брик уставился на него, и его хрустальные глаза оставались неподвижными.

— Почему ты так решил, любовь моя? — спросил он, сделав ещё один глоток крови.

Ник ощутил, как его челюсти медленно сжимаются.

— Потому что я практически уверен, что здесь, на этой версии Земли жил другой Ник Танака, — ответил Ник. — Тот, у которого была жена по имени Клэр… и четверо детей… и он умер человеком, в окружении человеческой семьи, которая его любила. И я почти уверен, что на этой версии Земли его потомки до сих пор живут в доме на Потреро-хилл… в доме, который выглядит в точности как дом моих родителей, но не является им и никогда им не был. Особенно учитывая тот факт, что дом, в котором жили мои родители, несколько сотен лет назад перестал существовать на нашей версии Земли…

Ник не мог больше говорить.

Он мог бы рассказать ему о вампире на арене после его первого боя.

Он мог бы рассказать про парнишку из дома на Потреро-хилл, про странные проблески воспоминаний, про ощущение, будто это его город, но в то же время нет, про странное сюрреалистичное чувство, которое не покидало его с момента приезда сюда. Но он не стал всё это говорить.

Вместо этого он растерянно умолк.

Как только он это сделал, воцарилось молчание.

Почему-то произнесение этого вслух напугало Ника до чёртиков.