Шрифт:
– Я врач, не двигайтесь, – шептала она, проверяя по старой привычке его зрачки, пульс, осматривая тело, пока тот оседал на землю.
– Внутреннее кровотечение. Помогите уложить, – с помощью водителя скорой, подвинули его ровно. – Нужен холод. Принесите снега.
Водитель, словно робот, собрал часть сугроба и вывалил снег у ног. Тот рассыпался белыми комьями на черном покрытии.
Она сгребала, не обращая внимания на то, как снег обжигает ладони, как почти не тает на холодном ветру. Выложила на живот, на ходу проверяя, вся ли одежда на пострадавшем свободная, нет ли где пережатия.
Лежащий смотрел так серьезно, без малейших признаков паники. И его взгляд в растянувшихся на часы минутах успокаивал.
А затем его компаньонка пнула колесо, огляделась, заметила возле своего спутника Венеру и, неожиданно резво налетев, со всего маху врезала ей по лицу кулаком. Голова ее от удара мотнулась. Боль оглушила, разошлась по ее лицу в зубы и челюсти.
– Куда лезешь?! Оставь его в покое, сука!
Венера даже сориентироваться не успела, как получила еще пару ударов меньшей силы.
– Я сама все сделаю! Я буду им!
Подоспел Андрей. Он скрутил беснующуюся, та вырывалась, изрыгая маты, извиваясь и пытаясь лягнуть в пах.
– Эй, ты под наркотой что ли? Ну тише!
– Нет! Нет. Я люблю его. Люблю. А тебя сука ненавижу. Всех вас ненавижу. Всех баб сраных не-на-ви-жу.
Они боролись пару секунд. А затем девица неправдоподобно дернулась и разом обмякла в мужских руках. Кожа на ее лице приобрела фиолетовые оттенки вместо белых и казалась зеленоватой под светом желтых фонарей автострады.
– Лежите, – велела Венера, понимая, что на скуле будет синяк.
Люди по самым разным причинам ведут себя агрессивно, но в данном случае, все выглядело неправдоподобно киношным. Ведь она только помогла ее партнеру принять безопасное положение. Что здесь такого? Она подошла к ним, посмотрела на Андрея и проверила пульс девушки, сердцебиение.
Муж отпустил ту на секунду, и та мешком повалилась на тонкий слой льда у края дороги. Он потряс ее.
– Вставай.
– Она мертва, – без сожаления произнесла Венера, разглядывая, как труп из фиолетового становится красным. На теле девушки виднелись гематомы и рубцы. – Надеюсь, бригада приедет вовремя. Нам вдвоем их не транспортировать. Замечательное окончание поездки, не находишь?
Андрей устало кивнул.
Возвращались они уставшие. Дождались скорой, милицейского патруля, заполнили документы и далеко за полночь приволоклись домой. Выпили чаю, приняли душ и легли спать. Венера задержалась в ванной, разглядывая скулу. Жизнь странная штука. Сегодня ты жив, а завтра нет. В больнице сталкиваешься с этим ежедневно, начинаешь ценить то, что есть.
Она некоторое время задумчиво смотрела на спящего мужа, умаявшегося в общении с тестем, затем за рулем, а потом на трассе. Печально улыбнулась ему. Она не любила Андрея. Венера поняла это почти сразу же после свадьбы. Давно пора было с ним расстаться. Но он просил обратного. И это тоже было странным, как и вся нынешняя жизнь.
Сцена 2
На следующее утро они торопливо собирались на работу.
– Хочешь, чтобы Курумканский относился сносно, хотя бы не опаздывай, – ворчала она, распихивая мужа в бока, пока тот, не выполз из кровати.
– Главное, чтобы ты ничего не забыла надеть, малая. Остальное подождет, – отшучивался он, зная, как она ненавидит опаздывать.
Планерка и обход пациентов были назначены десять утра. Когда они пришли, Курумканский уже щурился. Только что руки не потер, в предвкушении выволочки.
– Что ж, семья превыше всего, Венера Доржовна. Семейные обязанности никто не отменял.
По помещению прокатились смешки коллег, а Алиса огненная брюнетка покраснела, пока Венера и Андрей усаживались на пустующие места.
Венера попыталась сосредоточиться, неосознанно растирая кровоподтек от нанесенных вчера по лицу ударов. Ее тонкая кожа, хранила любые следы, даже от негрубого воздействия. Челюсть побаливала, но синяк благодаря мази, пожелтел.
–Что ж, продолжим. Ваш вчерашний клиент, требуется пересадка. Что там по анализам, Алиса?
– Хроническая почечная недостаточность и гемодиализ, пока не подойдет очередь в листе ожидания.
– Что ж, реципиент у нас рок-звезда фигура большая и меня, – произнес он задумчиво. – Не захотел.
Снова раздались смешки, а он продолжил:
– Оно и не мудрено. Я его тоже не хочу. Как говорится, мужская особь о мужскую, сколько не трись, толку не будет. Если кто сможет доказать мне обратное, приходите вечером после пяти на сеновал. Думаю, обсудим премию Юнеско за человеческие достижения, в каких долях и кому достанется.