Как и в первый день, ещё не видя, почувствовал её появления. Дверь кабинета была закрыта, но словно сквозь стену я видел, как она заходит в приёмную, как подходит к своему столу, ставит на кресло свою сумочку, расстёгивает свою короткую шубку, проходит к шкафу…

– Чёрт! – цежу сквозь зубы, - держись Клим, это всего лишь баба!

Алчная баба! Сука! Как только ей удаётся подсаживать мужиков на своё враньё? В её сети попал ни только я, но и мой отчим. Радует только одно! Между ними нет сексуального подтекста, в этом я убедился позавчера, но она его переманила на свою сторону.

– Почему Ульяна так поздно на рабочем месте? – скрестив пальцы в замок на столе, строго задал вопрос отчим.

– Она дорабатывает свою работу, - отвечаю на вопрос.

– А ты в это время за этой дверью, - тычет пальцем на вход в кабинет, - трахаешь свою жену?! – не стесняясь в выражениях, рубит отец, - Милена, я сказал выходи! – не сбавляя тона, второй раз зовёт мою жену.

– Поаккуратнее, - прошу отчима, грубить ему язык не поворачивается, и так сболтнул лишнего.

– Ты ещё указывать мне будешь, как себя вести?! – прорычал мужчина, поддавшись вперёд.

– В отношении Милены, да, - повторяю его тон.

Я не люблю жену, чувств к ней нет, но кричать на неё не позволю, даже отцу.

В это время открылась дверь душевой, и в кабинет вышла совершенно невозмутимая Мила, словно это не её со мной застал свёкр и моя помощница. Заметив это, отчим подскочил с места.

– Безобразие! Да у вас ни стыда, ни совести! С этой всё понятно, там в голове мозгов нет! Но ты! Ты! – захлёбывается своими словами, а я сжимаю кулаки, - Скажи! – выходит из-за стола и подойдя ко мне, заглядывает в глаза, - где мы с матерь упустили тебя? Где сын? Разве так мы учили тебя относится к девушкам? Разве так учили любить? Или ты решил пойти по стопам своего отца?...

Выкрикнув последний вопрос, мужчина замолчал, словно лишнего сказал. Смотрю на отчима и пытаюсь понять, причём здесь мой биологический отец, что так трусливо бросил мать и меня, когда я ещё был младенцем? Уже собираюсь задать вопрос касаемо его слов, как мужчина выпрямляется, проводит ладонью по лицу.

– Значит так! – тон командный, - если ты Клим продолжишь такое правление, - кидает взгляд на стол, - я вернусь на своё место, и твоей ноги в этой компании не будет, - и это не угроза, он сделает, по глазам видно, - и ещё, Ульяну не обижать, её рабочей день до шести вечера, в договоре всё прописано, - даёт понять, что я конкретно оплошал, - а тебе Милена, я запрещаю появляется в этом здании, - переводит взгляд на мою жену.

– Это ещё почему?! – скрестив руки на груди, и вздёрнув вверх подбородок, воинственно задала вопрос.

– Милена! – одёргиваю жену.

 - Таким как ты – бесстыжим, здесь не место, - отвечает ей отчим, а я роняю лицо в ладони буквально на секунду, - если вы оба так слабы на передок, то ступайте в отель напротив, - чеканит отчим, рукой бросает в сторону панорамного окна.

– А я смотрю вы там частый гость, раз знаете…

– Закрой свой рот Милена! – подрываюсь с места, в шаг оказываюсь рядом, - и не смей говорить такие гадости в сторону моих родителей! Ты поняла меня?! – вижу страх в её взгляде, понимаю, что больше не скажет подобного.

– Надеюсь сын, ключи от твоей городской квартиры у тебя, видеть эту девицу в своём доме я не желаю, - холодно произносит отчим, и развернувшись, покидает кабинет.

Зову помощницу к себе в кабинет, и не грамма не удивляюсь, услышав отрицательный ответ на свой вопрос. Рассказываю какой кофе люблю я, и какой Милена и неважно, что она больше не переступит порог этой компании.

– Если всё запомнили, то можете возвращаться на своё рабочее место, - произношу и поднимаю на девушку взгляд.

В груди, что-то царапает от вида этой меркантильной девицы, её взгляд и поджатые губы заставляют напрячься.

– Клим Борисович, - подают голос вместо того, чтобы подняться и наконец скрыться с моих глаз, - я хочу перевестись в другой отдел, вот заявление, - встаёт со своего места, делает несколько шагов, и на угол стола рядом с моим локтем ложится лист бумаги, и как я понимаю, это и есть заявление.

Смотрю на исписанный каллиграфическим почерком лист и чувствую, как внутри поднимается протест.

– Причина? – перевожу на неё взгляд, стараясь говорить ровным голосом.

– Я не могу задерживать так долго на работе, у меня ребёнок, в половине седьмого я должна забирать его из садика, - отвечает на вопрос, и глаза свои бесстыжие отводит.

– У ребёнка же и отец есть, - склоняю голову набок, - он такой же родитель, как и вы, почему он не может встречать дочь, когда вы задерживаетесь? – задаю вопрос, в надежде услышать ответ, и понять почему она одна проживает с ребёнком, так ещё в квартире от компании.