Сирил взял тетрадь и направился к холму. Подъем оказался не особенно сложным, но все-таки уже на середине Сирил запыхался. Однако останавливаться он не стал, при таком наклоне это было неудобно.

Через десять минут Сирил добрался до вершины и посмотрел вниз. Как он и предполагал, вид был не очень. Тускло-зеленая травянистая скукота, убогие деревенские домики вдали.

– Привет!

Услышав за спиной голос, Сирил от неожиданности чуть не сверзился вниз. Он чудом удержался и повернулся с гулко бьющимся сердцем. Как Сирил ни убеждал себя, что это наверняка подстроил тот парень, чтобы попугать его, на мгновение он ощутил страх.

Перед ним стоял мальчик примерно одного с ним возраста, или, может, немного старше. Что-то в нем показалось Сирилу странным, и он не сразу сообразил, что именно.

Прежде всего – его удивительная бесцветность, как будто кто-то на компьютере до предела снизил контрастность. Вроде Сирил и мог сказать, что волосы у мальчика светлые, но немного рыжее, чем у него, и что одежда на нем синевато-серых оттенков, но все-таки все это вместе было таким бледным, что не вписывалось в окружающий мир – тоже блеклый, но не настолько.

– Привет, – сказал Сирил с некоторым запозданием. Как бы то ни было, сказал он себе, нельзя ударить лицом в грязь перед шутником – если шутник имел к этому отношение. – Ты, значит, призрак, – добавил он с изрядной долей сарказма.

– Ага, – мальчик ничуть не смутился. – Забавно, мы с тобой похожи.

Теперь Сирил понял другую странность. Они и впрямь очень походили друг на друга, только у этого мальчика волосы были подлиннее и другого оттенка, лицо повзрослее и одежда другая, а в остальном – как две капли воды.

Смущала и речь. В целом понятная, но какая-то не такая, с диковатым акцентом, заставляющая напрягаться, чтобы разобрать слова. Слишком быстро и слаженно для розыгрыша – ведь путь до монастыря был неблизким, когда бы деревенский парень успел все устроить? Не мог же мальчишка круглосуточно караулить на холме.

– Как тебя зовут? – спросил Сирил.

– Сирил.

– И меня тоже.

– Надо же, – Сирил-призрак улыбнулся. – И лицом похожи, и имя одно. Сколько тебе лет?

– В октябре будет четырнадцать.

– И мне должно исполниться четырнадцать. Должно было, то есть.

– А ты точно призрак? – решился уточнить Сирил, поставив на кон свою гордость, если это все-таки высококлассный розыгрыш. – Значит, если я попытаюсь тебя коснуться, то рука пройдет насквозь, и я ничего не почувствую?

– Ну да. Только мне говорили, что что-то чувствуется, как будто холод, – Сирил-призрак протянул ему руку. – Можешь попробовать, мне не жалко. Я-то как раз ничего не чувствую.

Сирил с опаской коснулся его ладони. Пальцы ухнули вниз, не встретив преграды, с тем же успехом они могли пройти сквозь голограмму. Но, действительно, Сирил ощутил прохладу.

– С ума сойти, – поразился он и замер, растерянный.

Сирил не знал, как себя вести. Если принимать привидений как реальность, то их появление сопряжено со страхом, ужасами, неожиданными звуками и шорохами – так, по крайней мере, показывали в фильмах. А рядом с ним стоял обычный мальчик, который не собирался его пугать, и они мирно болтали, как если бы встретились на школьной территории.

Сирил-призрак, кажется, понял его, потому что снова улыбнулся, отошел подальше и сел на траву. Сирил, подумав, присел рядом.

– Слушай, а если тебя сфотографировать, то что? – спросил он, как никогда жалея, что под рукой нет смартфона. Он бы стал звездой интернета, если бы выложил видео или фото с самым настоящим призраком, да еще тем, за которым, видно, сюда и приезжали исследователи.

– Сфотографировать?.. – задумчиво повторил Сирил-призрак. – Это вроде как картинку сделать, да? – он изобразил, будто держит в руках фотоаппарат и жмет кнопку. – Ничего не будет. Я имею в виду, ничего не будет видно, словно меня и нет. Сюда уже приходили люди и пробовали всякое такое, ничего не получилось. Выходили картинки пустого холма, но плохие. Мало что можно было разглядеть.

– Так ты всем подряд показываешься? – разочаровался Сирил.

– Ну-у, не всем подряд, – протянул Сирил-призрак. – Я не могу выбирать, кому показываться, а кому нет, хотя было бы здорово. Просто какое-то время я как будто сплю, и меня, наверное, не видно. А потом просыпаюсь, и тогда все видят. Но сюда не так уж и часто кто-нибудь заходит. Дурная слава у этого холма.

– Так из-за тебя, наверное, – предположил Сирил.

– Не из-за меня, – возразил Сирил-призрак. – А из-за того, кто меня убил. Сам понимаешь, не убил бы – и никаких бы призраков тут не было, никаких проклятий и прочей ерунды.