Тощий бурый кот пихнул его плечом и фыркнул.

— Тебе не кажется, что они ужасно перетрусили! Просто языки от страха проглотили, правда, Полосач?

Полосач медленно прикрыл веками глаза и вздохнул.

— Думаю, ты прав, Вспышка. Впрочем, я не хочу сомневаться в уме этих котов. Разумеется, они понимают, что вся дичь в этих горах принадлежит нам, — при этих словах он приоткрыл пасть и неторопливо облизнулся. — Ах, друг мой, какого славного кролика я поймал этим утром! Такой юный, но такой жирный, что я просто не смог его доесть.

— Я бы на твоем месте выказывал больше почтения к дичи, — не выдержал Грач.

— Да кто ты такой, чтобы указывать? — мгновенно вздыбил шерсть Вспышка.

Губы Грача медленно поползли в стороны, обнажая острые клыки.

— Хочешь узнать?

Ежевика дотронулся хвостом до его плеча.

— Мы не ищем драки.

Грач ответил ему гневным взглядом, однако промолчал, и только полоснул когтями по камню.

— Что ты собираешься сделать с ними, Полосач? — спросил тощий кот.

Серебристый не успел ответить, потому что Ночь выскочила вперед и остановилась прямо перед ним. Она вся дрожала от гнева, шерсть ее торчала в разные стороны, как иглы у ежа.

— Какое вы имеете право что-то делать с нами? — зашипела она. — Вы вообще не имеете права здесь жить и воровать нашу дичь!

— О каком праве ты говоришь? — насмешливо переспросила молчавшая до сих пор бурая с белой грудкой кошка. — Кто вам дал это право?

— Хорошо сказано, Флора, — осклабился тощий кот.

Вопрос бурой кошки поставил Ночь в тупик. Она была готова драться за честь своего клана, ведь это была территория, хранимая их предками-воителями! Но она решительно не знала, что ответить на вопрос Флоры. Может быть, у Клана Падающей Воды и в самом деле нет никакого права прогонять пришельцев?

— Мы не хотим неприятностей, — спокойно сказал Ежевика, положив хвост на плечи дрожащей Ночи. — Мы просто идем к водопаду, так что пропустите нас с миром.

Полосач переглянулся со Вспышкой, а потом нехотя махнул хвостом в сторону тропы.

— А разве мы пытались вас задержать?

«А разве нет?» — фыркнула про себя Остролапка. Эти чужие коты нагнали их с явно недобрыми намерениями, примчавшись по горам, распушив хвосты и вздыбив загривки, и проявили неожиданное миролюбие только когда увидели, что столкнулись с многочисленным отрядом, схватка с которым не сулила быстрой победы. Теперь они могут сколько угодно демонстрировать дружелюбие, но даже мышке понятно, что они вели бы себя совсем по-другому, если бы Ночь и Коготь были одни!

Ежевика холодно кивнул и повел свой отряд вверх по тропе. Чужаки проводили их насмешливыми взглядами. На миг Остролапка встретилась глазами с маленькой крапчатой кошечкой, которая робко стояла за спинами старших. Она была примерно одного возраста с Остролапкой, и в лесу наверняка была бы ученицей. «Мы даже могли бы дружить с ней!»

Ветерок просто обезумел от ярости. Проходя мимо чужаков, он угрожающе хлестнул себя по боку хвостом и зашипел.

Мгновенно Грач обвил его хвостом за плечи и поволок вперед.

— Ты что, совсем мышеголовый? Хочешь развязать драку?

— Они сами напрашиваются! — буркнул Ветерок.

Остролапка заметила, что Львинолап тоже выпустил когти, готовый в любой миг кинуться на врагов, однако у него хватило ума не демонстрировать свое бешенство.

Всю дорогу вверх по склону Остролапка чувствовала спиной пристальные взгляды пришлых котов и вздохнула с облегчением только тогда, когда тропа завернула за высокий обломок скалы. Другие путешественники тоже перевели дух и заметно расслабились.

— Какой ужас! — воскликнула Речушка. — С каких это пор они вообразили, что смеют указывать вам, где ходить и что делать? Разве коты Клана Падающей Воды пленники в своей пещере?

— На самом деле все не так плохо, — пробормотала Ночь.

— Так почему же они так себя ведут? Ответь мне, вы можете выходить на охоту или нет?

Коготь подошел к сестре и хмуро вздохнул.

— Ты права, они наглеют с каждым днем. Они уже подходят к самому водопаду и нагло воруют дичь у нас на глазах.

— Они знают, что мы не можем им помешать, — с горечью воскликнула Ночь.

— Но что же Камнесказ? Он-то что думает? — растерялась Речушка.

— Он говорит, что ради собственной безопасности мы должны вести себя тихо и не перечить чужакам.

«И какой в этом смысл? — удивилась про себя Остролапка. — Что за мудрость в том, чтобы умирать от голода во имя безопасности?»

Речушка молча пошла вперед, на ходу украдкой прижавшись к пушистому боку Урагана. Во время встречи с чужаками серый воин не проронил ни слова. Глаза его были полны грусти; наверное, Ураган вспоминал ту страшную битву, в которую так безрассудно повел клан.