— М-м-м?

— С чего решила, что лэйтарцы не умеют любить?

— В Лэйтарии не существовало понятия любви, пока вы не столкнулись с другими цивилизациями. Вы не особо понимаете суть любви, но умеете грамотно использовать ее против других. — Пожала плечами, присаживаясь на уступ. Резко захотелось скинуть ботинки и ощутить ступнями мягкость фальшивой зелени. Подумав секунду, поняла, что нет ни единой причины отказываться от возникшей идеи. — Ты сам так сказал.

— Нет, не говорил. Тебе не говорил.

А ведь действительно не говорил. Я подслушала из разговора Врага с Алисой.

— Значит, сама догадалась. — Я скинула ботинки. Подставила ноги небу и сразу стало как-то легче. — Ты злобный маньяк. И вся ваша империя из того же теста. А отчего так бывает? Правильно. Из-за недостатка любви. Вот!

Конечно, Враг не поверил. Загрузился немного, прикидывая, что еще я могу знать, но не поверил. К счастью, докапываться не стал. Разве что пожалел: теперь на мне не использовать те схемы, что он проворачивал с другими Избранными. Ведь теперь я знаю, что любовь ему недоступна, а значит, никогда не поверю в проявление этих чувств к кому-либо. На этой ноте ему больше не сыграть.

— А еще ты собирался от меня избавиться, — припомнилось вдруг. — Когда эл Кхрим сказал, что я пришла Незримым путем.

— Не хотел тешить иллюзиями обреченную незнакомку.

— Что, даже любопытно не стало, кого подобрал артефакт?

Почему солнце во сне не светит ему интересно, а посмотреть, кто мог бы расколоть сердце на куски, погрузить в пучину страданий от безответной любви, нет?

— Нет, — подтвердил Тинхе, обходя меня. — Но чувство юмора оценил, когда появилась ты.

— А вот Аматри не тронул свою нареченную, хотя не знал ее раньше. Отселил подальше от остальных и даже навещал.

Я притворно надула губы, продолжая краем глаза следить за Врагом. Он заметил, что иллюзия развеялась не полностью и сосредоточил внимание на моей прическе, нетронутой заклинанием. Я почти чувствовала, как он борется с желанием коснуться одной из прядей, чтобы восстановить целостность картины.

— Видела, чем это для крысеныша закончилось?

— Нет.

— Но знаешь?

Трубки, провода, мужчина в коме. Розоватая жидкость освещает комнату.

Кончик волос мазнул по коже перчаток, когда я осторожно кивнула.

— Это можно будет исправить, — едва слышно пробормотал Тинхе себе под нос.

Я не стала заострять внимания, о чем он говорит. Реальность диктовала иные правила.

— Почему мы в опасности? Контракт не заключен. И не то чтобы я сомневаюсь в сказанном, но просто на всякий случай. Как снять проклятье? Спрашиваю на тот случай, если ты решишь, что я, падающая без парашюта с башни, более привлекательный вариант, чем я живая и желанная.

— Моя осторожная и подозрительная Дробь, — неожиданно промурлыкал Враг, склоняясь надо мной — Я, было, испугался, что ты не спросишь.

Дрожь пробежала по загривку.

— Так и знала, что пожалею.

— Это же история о любви, Дробь. Еще не догадалась? Решение вопроса из серии розовой сахарной ваты. — Он выдержал драматическую паузу, выдыхая ответ на обнаженную шею. — Проклятье снимается поцелуем любви Избранной.

Не то чтобы я потеряла дар речи, но я его потеряла.

Хотелось ответить, что скорее поцелую жабу, чем его, но это прозвучало бы откровенной ложью, которую бы он тут же распознал. Фиг с ним, поцеловала бы (и еще неясно, кому бы от этого стало хуже), чтобы разрушить долбанные чары. Это в общем-то ерунда, в сравнении со всем остальным. Но, во-первых, сколько там должно быть любви в этом поцелуе? Во-вторых, а не вешает ли мне лэйтарский жулик лапшу вот так в наглую? Как есть, врет! Скучно небось стало в своей Лэйтарии. Развлечения однообразные, в гости никто не зовет, Аматри сбежал, а меня же развести проще, чем краску.

Я расправила воротник формы, прикрываясь от навязчивого присутствия.

— Ничего личного, суженый мой, но спасать от безответной любви я тебя не собираюсь. В этом столько же смысла, как вылавливать рыбу из воды, чтобы она не задохнулась.

В глазах Врага вспыхнула искорка веселья

— Я думал, Избранные готовы на все ради спасения мира. — Голос окрасился в завораживающую мягкость шелка. Стало очень сильно не по себе. Раньше мне было плевать, но после всех намеков и проклятий, я начала беспокоиться за свои реакции. Шуточки шуточками, но черт его знает? — Как было бы просто: разрушить проклятье, вернуть богиню, восстановить защиту мира от Золотой оси.

— Угу, а для этого нужно просто завершить наш контракт и отдать магию?

— Если этого не произойдет, твои чувства сыграют против тебя, а мне будет очень сложно отказать себе в желании ими воспользоваться.

Я фыркнула.

— За себя переживай. Не знаю, зачем оно тебе, но я не поведусь.

«Пока не перепроверю информацию у Фло», — мысленно добавила я.

Знакомые ощущения поползли по спине.

Я просыпалась.

— В последний раз, Дробь. — Игривость в один миг спала с Врага. Ореол мрака и тьмы вернулся к черной фигуре мага. — Откажись от Предназначения сейчас. То, что произойдет дальше, тебе не понравится.