— Ничего, — я шмыгнула носом и поднялась, поправив на плече ручку сумки. — Уже ухожу.

— Давай провожу.

— Не надо, я сама дойду, — я попыталась пройти, но он, широко раскинув руки, преградил мне путь.

— Да ладно тебе, не агрись. Затусим вместе, я место одно хорошее знаю, тут недалеко. Тебе точно понравится.

— Мне надо домой!

— А потом и домой поедем, конечно. Хочешь — ко мне, хочешь — к тебе.

— Сейчас же пропустите меня, иначе я кричать буду!

— Будешь, как же без этого, — хохотнул он и замолчал, когда в наш совсем не дружеский диалог вмешался третий, неожиданный голос:

— Не слышал, что тебе сказали? Дай ей пройти.

Паникуя из-за нового свалившегося на голову приключения, я совсем не заметила, как у нашей беседы появился свидетель…

Артур.

Я глазам своим не поверила.

— Пусть идет, — спокойно, но уверенно повторил он, подходя ближе.

— Твоя, что ли? — кивнул на меня незнакомец, слово на какую-то вещь.

— Допустим, моя.

— Ну ок, без бэ. Чужое не трогаю, — протянул руку, чтобы как бы сразу на берегу заключить перемирие, но Вишневский даже не пошевелился. Не сводя глаз с бритоголового, повел головой в сторону припаркованного у тротуара Лексуса, адресуя реплику мне:

— В машину иди.

Я быстро кивнула и послушно метнулась к его тачке. Юркнула в салон, прижав к груди сумку.

Артур, как обычно во всем черном, выглядел словно герой боевика Марвел на фоне этого гопника в джинсе и грязных кроссовках.

Надменный. Холодный. Уверенный в себе.

Они поговорили о чем-то буквально тридцать секунд, после чего Артур, явно не уделяя внимания такой детали, как попрощаться, развернулся и пошел к машине.

Когда он оказался в салоне, у меня было единственное желание — прильнуть к его плечу и как следует прорыдаться, ибо тиски страха еще не отпустили.

Но я, конечно, постеснялась это сделать.

— Ну и что это было? — строго спросил он, заводя двигатель. — Кто это вообще?

— Этот? — я кивнула в окно на удаляющуюся спину парня. — Я не знаю, впервые его вижу. Просто подошел и спросил, почему я тут сижу.

— И почему ты там сидела?

Мне было стыдно рассказывать о том, что случилось, даже учитывая, что моей вины в этом не было. Но я все равно рассказала. Просто вывалила на него все как было, только утаив, что устроиться я туда решила исключительно из-за него.

Он слушал молча, не перебивая, только складка между нахмуренных бровей становилась все глубже.

— Значит, паспорт у него остался? — резюмировал он, сворачивая к многолюдной в этот час набережной.

— Да. Пришлось бежать, у меня выбора не было.

— Я же говорил, что делать тебе там нечего. Ты всегда такая непослушная? — он обернулся на меня, и щеки обдало жаром.

— Ну, я же за своими вещами приехала, — а потом решилась задать волнующий вопрос: — А что ты там делал? У клуба?

— Мимо ехал, — просто проронил он, и в душу словно камнем запустили. Мимо он мог ехать по причине того, что собирался к Ксюше. Она же живет совсем неподалеку…

— Давай тут встанем, — произнес он, обращаясь то ли ко мне, то ли к самому себе, и заглушил мотор.

Напротив нас за парапетом блестела черная в этот час Москва-река, отражая в своих водах многотысячные огни ночного города.

— Кофе будешь?

— Кофе? — рассеянно переспросила я, не понимая, что вообще происходит. — Буду. Раф, ванильный, если можно…

— Ну, пошли тогда, — он открыл дверь, и я выбралась из кондиционированной прохлады салона в теплый летний вечер. Даже уже почти ночь.

К маленькому кофейному лотку мы шли молча, конечно, не за руку, но я была преисполнена какого-то детского счастья, что просто нахожусь рядом с ним. Что он не оставил меня. Выслушал. Что решил угостить кофе…

Мы проводим вместе уже вторую ночь подряд, какая прекрасная традиция.

— Спасибо, — я взяла из его рук горячий бумажный стакан, и мы подошли к парапету. Какое-то время наблюдали за проплывающим мимо теплоходом, катающим туристов, а потом я украдкой смотрела на него, в сотый раз изучая профиль.

Я пять лет лелеяла перед сном его образ, стоит ли говорить, что его лицо казалось мне сейчас самым красивым?

— А ты к Ксюше ехал? — спросила я, хотя понимала, что лезу туда, куда меня не просят. В памяти еще было свежо его «какой я тебе Дзен?». Но удержать любопытство в себе было выше моих сил.

— Нет, с чего ты взяла? — он наконец-то посмотрел на меня. В его черных зрачках отражались огни, а губы… лучше бы я на них не смотрела.

— Просто подумала… — дернула плечом, радуясь, что сейчас темно, и особо не рассмотреть, как безбожно я вру. — Мне показалось, что вы встречаетесь.