— А ведь и правда, Джок, как это ты ухитрился?

— Не у тебя одного есть свои секреты, — скромно усмехнулся Джок. — А куда мы все-таки направляемся?

— Бежим от сиринов, — серьезно сказал наш проводник, — и уже почти пришли домой.

Спустя несколько минут мы выбрались на слабо освещенную станцию — тут горело всего несколько довольно тусклых лампочек, но после долгих скитаний в полной темноте они показались невыносимо яркими. Под этими «искусственными солнцами» проживала община нашего нового друга, члены которой расположились на картонных коробках и драных одеялах, брошенных прямо на грязный пол. Выглядели они, мягко говоря, неважно.

Я бы еще долго гадал, чем они тут питаются, если бы какая-то девица вежливо не угостила меня тушкой жареной крысы. После столь аппетитного зрелища мысль о еде не вызывала у меня ничего, кроме судорожных спазмов.

Пока я обменивался любезностями с хлебосольной хозяйкой, Джок увлеченно рылся в сваленных у стены грудах хлама. Никто ему не мешал. Здесь все принадлежало всем.

— Смотри-ка, — радостно пробормотал Джок, разглядывая извлеченный из кучи старомодный пистолет, — чего доброго еще и стреляет.

Он разобрал оружие и принялся увлеченно чистить его какой-то ветошью. Этого барахла тут имелось в избытке. Внезапно я почувствовал, как на мои плечи навалилась страшная усталость. Бурно проведенный день практически истощил внутренние резервы организма. Начинало отрицательно сказываться побочное действие иммуно— и биостимуляторов.

Тем не менее нужно было двигаться дальше.

— Вы хотите идти сейчас? — в ужасе спросил старейшина. — Ведь еще не стемнело!

Джок внезапно прервал свое занятие, посмотрел на меня и утвердительно кивнул.

— Да, — сказал он, — и чем скорей, тем лучше. С этими словами Джок поднял с пола какой-то тяжелый предмет, очевидно, тоже выуженный из груды хлама.

— Что это? — удивился я.

— Канистра с горючим, — ответил он. — Наверняка нам пригодится, ведь сирины боятся огня.

— Да кто тебе сказал, что они нападут снова?

— Тэш, ты можешь смеяться, но я их чувствую. Они собираются там, в проходе, откуда мы только что вышли. Идут по нашим следам.

— Эй, ребята! — заорал я. — Нужно перекрыть проход, похоже, нам всем скоро придется туго.

— Кто тебя за язык тянул? — покачал головой Джок. — Пока они будут тут разбираться, мы бы успели уйти.

— Иди, если хочешь, — нахмурился я. — Они же нас спасли. Нельзя быть неблагодарной свиньей.

— Тэш, ты неисправимый идеалист, — вздохнул он и, обернувшись к перепуганным насмерть подземным жителям, добавил:

— Вы что, не поняли? Сюда идут сирины. А ну, тащите все барахло к выходу из тоннеля. Живо!

Уж не знаю, почему, но они нас послушали. И вскоре все, что могло гореть, было свалено в одну огромную кучу. Джок облил ее горючим из найденной канистры, и тут свет погас. Люди в ужасе завизжали, и в ответ им из тьмы раздался душераздирающий вой. В следующую секунду Джок щелкнул зажигалкой, и яркое пламя взметнулось до потолка.

Вой стал более грозным, но через огненную стену сирины пока перешагнуть не решались. Подземные жители начали отходить в противоположный тоннель, но тут раздался голос Джока:

— Эй, стойте! Факелы! Возьмите факелы! Он подскочил к костру и выхватил оттуда какие-то пылающие деревяшки. Несколько человек последовали его примеру. Пока сирины не прорвали огненный заслон, в нашем распоряжении оставалось около получаса. За это время необходимо было добраться до намеченной цели. Когда, выломав хлипкие проржавевшие прутья решетки вентиляционного люка, мы выбрались на поверхность, снаружи уже смеркалось. Задумываться о дальнейшей судьбе подземных жителей не хотелось. Конечно же, мы с Джеком спровоцировали нападение сиринов, но раньше или позже это все равно бы произошло. Посовещавшись, мы решили двигаться в сторону порта, где можно было раздобыть какую-нибудь лодку.

Некогда знаменитый порт Гринвича в наши дни находился в запустении, но несколько утлых суденышек все же покачивались возле обветшалого причала.

Мы решили поспать до рассвета, а потом вплотную заняться решением наших проблем.

На случайно подвернувшейся деревянной террасе я свалился на пол и заснул как убитый.

Посреди ночи меня разбудил странный звук, чей-то глухой голос призывно твердил:

— Тэш-ш.-.Тэш…

Я вздрогнул и приподнялся на локте.

— Иди сюда, — донеслось до меня. Не знаю, кому принадлежал этот голос, но он умел вкрадываться в сознание и подчинять чужую волю.

Я уже сделал шаг, как вдруг ночную мглу разорвала яркая вспышка и раздался грохот выстрела. Черная тень исчезла в кустах. Рядом со мной стоял Джок с дымящимся пистолетом в руке.

— Беда мне с вами, Тэш! Вы все время норовите совершить непростительную глупость.

— Что это было? — пробормотал я, чувствуя себя полным идиотом. Он пожал плечами.

— Сирин, конечно. Ни за что не хотел с вами расставаться. Наверняка он пришел не один. Чтобы больше не тратить патроны, лучше зажечь костер. К огню они подойти не рискнут.