— Они живы? — спросил Танг, оглядывая спутников Тэша.

Тот кивнул. Говорить у него не было сил.

Кироэ, которая все это время лежала неподвижно, вновь застонала и приподняла голову.

— Где Куэ? — сказала она.

— Он здесь, — ответил Тэш, — с ним все в порядке. Не волнуйся.

Девушка испуганно взглянула на беззащитно распластавшегося на бревнах лемура.

— Он точно жив? — неуверенно спросила она.

— Да, — виновато ответил Тэш. — Мне пришлось стукнуть его немножко, когда я вас вытаскивал. Так было спокойнее. Он дергался очень.

— А ты уверен, что не пришиб его случайно? — холодно спросила Кироэ. — Он же такой чувствительный!

— Кто? — пробормотал Тэш. — Этот паршивец? Послушай, Кироэ…

—Да?

— Где Торран?

Девушка вздрогнула и, казалось, вернулась к действительности.

— Не знаю, — пробормотала она.

— Кто его видел последним? — требовательно спросил Тэш.

— Я, — сказал Танг. — Он был по одну сторону плота со мной, когда нас смыло.

— По какую именно сторону? — терпеливо выяснял Тэш. — Плот ведь здорово крутило.

Танг повернул свою круглую голову, плотно сидящую на короткой шее, и оглядел берега, пытаясь сориентироваться.

— Там, — сказал он наконец, показав в сторону отмели, поросшей какой-то, напоминающей тростник растительностью. — Я видел его там.

— Мы можем подогнать туда плот? — спросил Тэш. — Его тоже могло отнести ниже по течению.

— Только рулем, — ответил Танг.

— Давай, ребята, — сказал Тэш, — навались.

Он выпрямился на качающемся плоту во весь рост и уставился на заросший кустарником берег. Тангу удалось справиться с управлением, и плот, пусть неохотно, но развернулся в нужную сторону. Волна, принесшая с собой столько разрушений, уже сошла, оставив просто высокую воду и забитое обломками деревьев и плавником русло. «Должно быть, — подумал Тэш, — там, куда мы сейчас плывем, была длинная отмель, далеко вдающаяся в реку».

Плот продолжал медленно тащиться вдоль берега, цепляясь за притонувшие перепутанные стебли, а Тэш все так же напряженно вглядывался в проплывающий мимо берег, выискивая любую темную точку на поверхности воды, и каждый раз ошибался, принимая за тело Торрана то обломок дерева, то бьющуюся на отмели крупную рыбу, а то и просто лежащий поперек течения валун. Поэтому он прозевал момент, когда плот вновь дернулся и накренился под тяжестью чьего-то тела, а смуглая рука, появившись из воды, вцепилась в веревку, связывающую бревна.

Тар-Лоо, который уже очнулся и был ближе всех к борту, крикнул:

— Торран!

И, нагнувшись, помог горцу забраться на плот.

Торран упал лицом вниз, несколько раз судорожно дернулся и затих.

Тэш решил, что тот просто наглотался воды — это было немудрено, и, склонившись над горцем, перевернул его на спину. Вначале ему бросилась в глаза непривычная бледность горца — лицо его было искажено болью, зубы стиснуты. Торран открыл затуманенные глаза и, увидев перед собой склонившегося над ним Тэша, только и смог пробормотать:

— Плечо… комбинезон.

Тэш оглядел серебристую ткань. Под правым плечом он увидел скрытое плотным материалом вздутие.

— Это? — спросил он, указывая на место, где на ключице, распирая застежки, топорщилось что-то величиной в кулак.

Торран поморщился, и впервые за все время Тэш увидел в его глазах неподдельный страх.

— Режь! — чуть слышно сказал горец. Обернувшись, Тэш увидел, что остальные его спутники, за исключением Куэ, который только-только начал слабо постанывать, сгрудились вокруг, грозя перевернуть плот.

— Расступитесь! — приказал он. — Дайте больше света!

— Осторожней! — пробормотала Кироэ, но он уже, выхватив нож, вспорол комбинезон Торрана и резко дернул за упругую ткань. Та разошлась с тихим треском, и Тэш увидел на обнажившемся смуглом плече горца ярко-алый пульсирующий комок.

— Это донная пиявка, — пробормотал Тор-ран. — Тэш, ее надо вырезать. Иначе…

— Это… что? — в ужасе повторил Тэш.

— Донная пиявка. Она запускает отростки в кровеносные сосуды. Режь скорее, иначе она доберется до сердца!

Тэш нерешительно занес руку с ножом.

— Режь! — повторил Торран.

«Где-то в аптечке было местное обезболивающее», — подумал Тэш, но аптечка утонула вместе с остальным снаряжением. Теперь от него требовались только быстрота и решительность. Он даже не мог прокалить нож в пламени разрядника — тот, побывав в воде, наверняка был бесполезен.

Кироэ расстегнула комбинезон и, не обращая внимания на остальных, стащила через голову полотняную блузку. Даже сейчас Тэш мельком успел отметить, как великолепно сложена девушка. Потом дочь сенатора неторопливо застегнула «молнию» у горла и протянула блузку Тэшу.