— А этот корабль, который вы послали с товарами в Америку, почему бы вам не послать его в Индию? — без обиняков спросил Кольбер.

— Я думала об этом. Но в одиночку французский корабль не смог бы совершить такое плавание, а запасных кораблей у меня нет.

— Да, ваш «Сент-Джон Батист» сходил в Америку без происшествий. А что вы скажете об английских и датских кораблях, ведь они ходят в Индию регулярно и удачно?

— Они идут целыми флотилиями — от двадцати до тридцати кораблей.

— А почему французы так не поступают?

— Сударь, если этого не знаете вы, то что же вы хотите от меня? Быть может, дело в деньгах. Могу ли я, например, одна собрать флотилию?

— Франции необходимо иметь промежуточную базу на полпути для пополнения запасов продовольствия и воды.

— Мадагаскар, к примеру?

— При условии, что ни военные, ни гражданские власти не будут вмешиваться в торговлю.

— А кто же будет управлять островом?

— Люди, которые научены хозяйничать на новых островах. Я имею в виду купцов.

До этой минуты Анжелика была совершенно серьезна, но тут расхохоталась.

— Сударыня, мы говорим о серьезных вещах! — рассердился Кольбер.

— Простите, не могу отделаться от мысли, что какой ни будь сверхблагородный дворянин, вроде маркиза де Лавальер, будет управлять дикарями.

— Вы сомневаетесь в его храбрости, сударыня? Мне достоверно известно, что он достойно проявил себя на королевской службе.

— Дело не в храбрости, а в том, что бы он стал делать, высадившись на берег и увидев толпу полуголых дикарей. Скорее всего, половину перебил бы, половину сделал рабами.

— Рабы — основной объект торговли. Они хорошо компенсируют вложения.

— Я не отрицаю этого, но это не тот путь, чтобы развивать промышленность в стране. Это как раз те самые методы, которыми пользуется Франция, стремясь задержать развитие прогресса.

Кольбер внимательно взглянул на нее.

— Черт побери…

Он потер щетинистый подбородок.

— М-да… за эти десять минут я узнал больше, чем за те бессонные ночи, которые провел над этими проклятыми отчетами.

— Сударь, мой совет — это предостережение. Просто я прислушиваюсь к взаимным обвинениям моряков и купцов, но…

— Вы не могли не обратить внимания на их слова. Благодарю вас, сударыня. Вы оказали бы мне большую честь, если бы подождали меня с полчаса в вестибюле.

Она вернулась в вестибюль, где маркиз де Лавальер со злорадством сообщил, что ее искал Лувуа и, не найдя, отправился завтракать. Анжелика сдержала возглас разочарования. Это была судьба. Она так стремилась поговорить с молодым военным министром, расспросить его о положении дел при дворе, попросить походатайствовать о ней, а теперь, благодаря неожиданной встрече с Кольбером, который лишь поговорил с ней о морской торговле, она упустила удобный случай. Ей нельзя было терять время. Кто знает, какая злодейская мысль может зародиться в голове Филиппа? Если она так открыто сопротивляется ему, он не остановится перед тем, чтобы снова запереть ее. Ей надо постараться поскорее закрепиться при дворе, иначе будет поздно.

Анжелика была рассержена и разочарована. Ее смятение усилилось, когда она услышала, как придворные сказали, что его величество отложил прием на следующий день.

Когда Анжелика была почти у выхода, к ней обратился один из служащих Кольбера:

— Сударыня, не будете ли вы так любезны пройти со мной. Они вас ждут.

Помещение, куда он ее проводил, было достаточно изящным, но не особенно просторным, как большинство других. На двух окнах висели темно-голубые портьеры, отделанные золотыми и серебряными лилиями, которые гармонировали с обивкой высоких кресел.

Анжелика окинула взглядом комнату. Несомненно, комната принадлежала мужчине. В дальнем конце помещения, перед столом, состоящим из мраморной плиты, поддерживаемой позолоченными ножками, спиной к ней стоял Кольбер. За противоположным концом стола сидел король.

Анжелика приоткрыла от удивления рот.

— А вот и моя собеседница, — сказал министр, оборачиваясь. — Подойдите сюда, сударыня, и расскажите его величеству о ваших познаниях в качестве представителя Ост-Индской компании. Они достаточно хорошо могут светить некоторые аспекты сложившейся ситуации.

С обычной любезностью, которую он проявлял по отношению к женщинам, Людовик поднялся и поклонился ей.

Анжелика, смутившись, поняла, что она даже не оказала ему должного почтения. Она тут же сделала глубокий реверанс, мысленно проклиная Кольбера.

— Я не замечал за вами склонности к шуткам, месье Кольбер, — сказал король, — и не ожидал, что ваш знаток морского и торгового дела явится в образе прелестнейшей дамы моего двора.

— Тем не менее, мадам дю Плесси де Бельер является одним из основных держателей акций этой компании. Она оснастила корабль орудиями и собралась торговать с Индией, но, изучив состояние дел, обратилась все-таки к Америке. И она может изложить вам причины своих планов.