Мара сказала, что он должен умереть и, что самое страшное – от моей руки? Но разве это могло произойти? Я ведь никогда не подниму на него руку. И тут вспомнились слова Трайлетана.

«…никому еще не удавалось вырвать обреченного из лап смерти…» - голос всадника прозвенел в моем сознании.

«Если спасем Стефу, у меня появится надежда, что судьбу можно обмануть!» - возможно, это я сейчас обманывала себя.

В груди стало больно и я села на постели, отвернувшись от князя. Словно почувствовав это, он проснулся и открыл глаза.

– Валеска! – сразу позвал меня. Его рука скользнула по моей обнаженной спине, оставляя за собой горячий обжигающий след на коже.

Я надела на лицо маску радости и с улыбкой повернулась к мужчине. Кольцо на пальце казалось раскаленным, будто чувствовало мою неискренность. Что еще за странность с этим наследием женщин рода Джезинских?

– Да, мой князь! – проговорила шутливо.

Он приподнялся на локте, глядя на меня строго и спокойно.

– Знаешь, я иногда боюсь, что однажды проснусь вот так, а тебя рядом не окажется! – произнес.

Я хотела было заверить его, что это никогда не случиться, но вовремя прикусила язык.

– Я же здесь! – все, что могла произнести.

Мужчина сел и обнял меня, прижавшись грудью к моей спине, зарывшись лицом в мои длинные распущенные волосы, вдыхая их аромат.

– И я никогда не отпущу тебя! – сказал он. Как же мне хотелось, чтобы так оно и было!

– Пора вставать! – произнесла шутливо. – Сегодня нас ждут важные дела!

– Только пообещай мне, что будешь во всем слушаться меня, - попросил князь, а я просто кивнула. Разве могло быть иначе? Я хотела жить и более того, хотела спасения для Стефы. Конечно, я не совершу глупость и всецело буду доверять своим спутникам, так как Трайлетан в этот раз отправляется с нами.

– Валеска? – строго спросил меня Вацлав. – Я не слышу твоего ответа!

– Я не подведу! – ответила я.

Взгляд, которым меня наградил мой мужчина, говорил о том, что он не позволит злу коснуться меня и я верила ему. Такой, как он – действительно, не позволит. Встанет грудью и закроет от всяких бед, защитит от всех невзгод. Сама не знаю, почему, глядя в эти синие глаза, я так растворялась в них?

После завтрака я оставила князя. Каждый из нас занялся своими приготовлениями: я отправилась вниз в лабораторию, чтобы узнать, все ли в порядке с приготовленным мной зельем, а Вацлав ждал прихода Трайлетана в своем кабинете, чтобы обсудить свои, мужские, дела, касающиеся нашего нового дела.

Пани Машкевич уже ждала меня, сидя за столом. Когда я подошла, женщина приветливо улыбнулась и произнесла:

– Кажется, все в порядке!

Я миновала стол и в самом углу комнаты нашла стеклянную колбу на дне которой плескалось приготовленное мной вчера, после ухода всадника, зелье. Судя по описанной в книге реакции, в следствии которой жидкость должна была поменять по истечении определенного времени, свой цвет, у меня все получилось и сверкающие глаза домовихи были тому доказательством.

– Девочка, - произнесла она, пока я рассматривала полученное зелье, - у тебя просто дар к зельеварению.

– Думаете? – повернулась я к пани Машкевич, а затем добавила: - Главное, чтобы оно действительно получилось, так как цена ошибки – жизнь моей сестры.

Экономка внезапно стала серьезна.

– И не только твоей сестры, - произнесла она, - вы, трое, тоже рискуете не меньше. Или, думаешь, смерть простит кому-то вмешательство в ее планы? Да и Трайлетана по головке не погладит.

– Мне казалось, всадник не может умереть! – я подошла к домовихе и села напротив нее.

– Не совсем так, - ответила женщина. – Ты еще слишком мало знаешь о мире нечисти, а Трайлетан относится к ней, в каком-то смысле. Твоя правда, он не умер, но и не жив, то есть, не принадлежит ни к одному из миров.

– Почему? – спросила я. – Про всадников в книгах почти нет информации!

– Они – особая каста и подчиняются только воле богов!

– Но Трайлетан уже не раз нарушал эту самую волю! – проговорила я тихо. – Замок полон тех, кто не умер, но был обречен умереть. Разве Трай имеет право поступать так с людьми?

Пани Машкевич вздохнула.

– В этом его проклятье! – ответила она загадочно.

– Но кто, и главное, за что, его проклял? – спросила я.

Экономка не ответила.

– Я не могу рассказать, - спустя несколько минут тишины, проговорила она. – Если Трай захочет – сам расскажет.

– Я понимаю!

На самом деле, я почти ничего не понимала. Всадник был в моем воображении самым загадочным из встреченных в замке существ, хотя я не могла отнести его к нечисти и нежити – слишком живым представлялся мне мужчина. Я могла предположить лишь одно: Трайлетан был проклят вместе с Вацлавом, а значит, то, что они сделали, они сделали вместе!