— Я сделаю так, что они сами будут стоять здесь в очереди и за одно узнают о ваших платьях. Поэтому, думаю, стоит шить больше готовых костюмов. Если вы согласитесь, отбоя не будет от женщин.

— Ты рассмешила меня. Нилена, ты слышала, что говорит твоя подруга? – крикнула куда-то в сторону Валия и вновь повернулась ко мне. Видимо, когда она заметила, что я серьезна, ее взгляд переменился – она снова смотрела заинтересованно.

— Пока мои подруги займутся тем, что расскажут о моем салоне, я буду помогать вам, я буду делать все, что вы скажете. Ридганда Валия, вы ничего не потеряете. Разрешите мне попробовать, - улыбнувшись сказала я и, отойдя от стола снова подошла к костюму: - Эти завязки на брюках ни к чему, - указала я на веревочки, нашитые по низу сужающихся штанин. Видимо, они нужны были для того, чтобы брюки не выбивались из сапог.

— Милая, видимо, ты никогда не ездила верхом, - смеялась Валия по-доброму, и от этого не вызывала у меня чувства отторжения и нравилась все больше.

— Вот такие помочи внизу упростят жизнь и наездницам, и вам, - я взяла висящую веревочку и приложила к низу брючины. Ладонью, которая сейчас играла роль стопы нажала на нее, разъясняя, как это работает. – узкая полоска ткани будет здесь уместнее. Завтра я приду еще раз. Надеюсь, вы примете мое предложение.

Я шла от салона, оборачиваясь и рассматривая вывеску, пытаясь понять, что на ней написано, но так и не смогла. Если Валия откажет, буду искать что-то другое, - решила я и, отметив, что снег не тает теперь даже на солнце, подняла воротник. Нужно было прикупить какую-то шаль. И обязательно связать носки.

Красота этого города не просто подкупала, она завораживала. То же самое я испытала, увидев впервые Ленинград. Здесь были даже трехэтажные дома, и многие из них были хорошо оштукатурены. Между окнами угадывалась лепнина. Кованые решетки добавляли эстетики. Теперь я была уверена, что хочу остаться здесь, и мой маленький домик больше не расстраивал совсем.

Домой я пришла уставшей, но довольной. За ужином все набросились с расспросами, а Лафат высказал свое «фи», потому что переживал и хотел было уже отправиться на поиски.

— Завтра я поеду верхом, Лафат. Так я успею осмотреть город быстрее. Слишком далеко мы живем от той красоты, которую мне удалось увидеть.

— Что ты видела, Мали? – Палия, которая все еще боялась выйти на люди, ждала моего ответа раскрыв рот.

— Храм…

— Всевышних? – в голос спросили меня все.

— Да. Но не смогла войти туда. Завтра я планирую это сделать, - ответила я. Кто желает, может составить мне компанию, но только верхом, потому что кроме этого у меня есть дела, - ответила я и погрузила ложку в миску с горячей кашей.

Девушки спорили и уговаривали меня пойти пешком, но я была непреклонна – слишком много нужно успеть. Я как никто знала, что время быстротечно. И не успеешь оглянуться, а тебе уже шестьдесят. Я решила использовать подаренное время с пользой.

Вечером Лафат варил овощи, которых у нас было столько, что накормить можно было человек сто в один прием. Запах шел приятный, и я надеялась, что это будет как минимум съедобно.

Через полчаса он снял котелок, в соседний слил воду и поставил его на пару минут на огонь без жидкости. Я наблюдала и вспоминала, что сама делала так, когда отваривала картошку чтобы подсушить ее, прежде чем подать на стол.

Вынув один из кругляшей, положил его на стол и постоянно вздрагивая от обжигающего пальцы овоща, все же торопился снять с него кожуру. Внутри была желтоватая мякоть, больше похожая на вареный кабачок, но как только он разломил его пополам по дому разлился запах тыквы.

Лафат посолил мякоть внутри оставшейся кожуры, порезал ее ножом, будто перемешивая, и осторожно отломил мякоть вместе с оставшейся кожицей. Пальцы жгло, но он с таким нетерпением поднес его ко рту, что у меня потекли слюни. Девушки, как и я, молча наблюдали за ним.

— Думаю, нам тоже пора пробовать, - сказала я и придвинула лавку к столу.

Овощ оказался и правда очень вкусным. Что-то среднее между картошкой, кабачком и тыквой. Благодаря яркому цвету, который проявлялся после варки, из него могли бы получиться очень красивые каши, оладьи, даже пироги, если добавить в пюре из него немного муки и яйцо.

Привычные к крупам девушки не проявили много радости, а мы с Лафатом ели с таким аппетитом, что только не мурчали, как коты над рыбой.

Дашала теперь была главной по дому. Только так можно было заставить ее не ходить за Лафатом, что его очень беспокоило. Он весь день чинил дом, мотался в лес за дровами и нетолстыми бревнами, которыми можно было укрепить забор и сарай, выполняющий пока роль конюшни.

Девочка прибирала после работы Лафата, подогревала для него чай. Палия отвечала за порядок в доме, и работы там было очень много – сначала отмыть все, чем мы пользовались, а потом приступать к стенам, которые решили побелить. Камень изнутри был оштукатурен, но серые стены уж очень походили на пещеру.