Крита отправилась со мной к Валии. Я помнила, что девушка говорила о своем прошлом занятии. Она, как и её мать, была белошвейкой. За то, что я сниму угол, в котором мы устроим салон красоты, нам придется работать у хозяйки.

Валия, увидев, что пришла я не одна, сначала напряглась. Видимо, таких «помощников» здесь проходило немало, но она промолчала и решила выслушать то, что предложу ей я.

— Ридганда Валия, вы не думайте, что я болтушка и не способна шить так, как вы, - решив начать разговор первой, сказала хозяйке Крита после того, как посмотрела на платья, что украшали зал. – Я готова хоть сейчас сесть за работу. А Мали пусть занимается тем, что у нее выходит лучше всего, - она имела в виду мой недоделанный парик, который я прихватила с собой.

— И что же у нее получается лучше, чем у остальных? – с улыбкой спросила Валия, передавая в руки Криты ворох ткани. Видимо, это был смётанный лиф платья, который можно было прошить. Хитрая женщина решила понять насколько мы профессионалы не только молоть языком, но и по делу, о котором говорим.

— Вот. Я должна это доделать, чтобы было что показать женщинам, - вынув из мешка и разложив на столе парик, ответила я.

— Что это? – глаза женщины округлились. Она отпустила край ткани, который все еще держала, хотя Крита уже взялась за предложенную работу.

— Это парик. Есть женщины, у которых с волосами проблемы. Им приходится носить платки, наматывать на голову ткани и даже бороться за то, чтобы сделать это модным. Я могу предложить им снова стать красивыми, - ответила я и расправила готовый край. Теперь было понятно, что это такое и как использовать.

Валия вывернула парик и посмотрела на швы. Трогая пальцами, подносила к самым глазам, но все равно не могла понять, как волосы так крепко пришиты к ткани. Узелки были ей незнакомы.

— Чтобы купить волосы, мне нужны деньги, а для того, чтобы женщины узнали о моей работе, нужно место, куда они приходят. Слухи расползутся сами, ридганда Валия, и к вам будут приходить не только те, кто приходит сейчас. Цена этого парика – как десять ваших платьев, а то и больше, а значит, купить его смогут только очень богатые ридганды.

— О-о, - только и ответила хозяйка и присела на табурет возле стола, рядом с Критой, которая уже принялась за работу – она тоже хотела внести свою лепту в наше дело.

— Никто ни в Гордеро, ни во всей Синцери и даже за Великой пустошью не делает таких вещей. А значит, очереди здесь будут на годы вперед. Если вы откажете нам, мы найдем другой салон. Я хочу, чтобы вы решили это прямо сейчас. У нас практически нет денег, но есть руки. Крита будет шить постоянно, а я, когда будет свободное время. И еще… на втором этаже у вас слишком много места. И я хотела бы устроить там парикмахерскую. Я буду подстригать женщин, делать прически для бала…

— Но это делают их служанки, - хотела было перебить меня Валия.

— Таких, какие делаю, я они не смогут повторить, - улыбнувшись, ответила я и посмотрела на Криту. Та торопилась, чтобы успеть за время нашей беседы показать и свою работу. Валия обернулась туда, куда смотрела я, и наклонилась над шитьем Криты.

— Очень хорошо. Даже без условий, я взяла бы эту девушку, - сказала хозяйка, глаза которой уже горели тем самым блеском, который появляется у людей, понимающих, что грядет нечто совершенно новое.

Такие, как Валия не столь хотят денег, сколько надеются получить признание, оценку. Я готова была и в этом помочь женщине. Хоть и не умела строить выкройки, шить, как Крита, но описать или как-то нарисовать новую, невиданную здесь модель. Так Валия получит и свою аудиторию.

— По рукам. Крита может продолжать, а мы пройдем наверх, - деловито распорядилась Валия и еще раз погладила парик. Ей, светловолосой, были в диковинку такие волосы. Девушки из племен Палии были здесь редкими гостями, а у женщин, которых я видела на улице, чаще всего выбивались из-под косынок и шапочек, навроде небольших тюрбанов, волнистые, а то и вовсе кудрявые волосы.

Второй этаж был просто прекрасен. Три стола, стоящие буквой «П» справа у двух окон, Валия использовала для шитья и раскроя, а вот левая часть комнаты была заставлена корзинами, деревянными ящиками, бумажными выкройками.

— Я помогу это убрать. Позовите мастера, который сделает деревянные полки, Валия. Все это мы расставим на них, а эту сторону я отделю ширмой. Из окон прекрасный вид и в конце аллеи даже виден Храм. Здесь бы не мастерскую, а ресторан устроить, - от радостного возбуждения у меня немного перехватывало дыхание и покалывало кончики пальцев.

— Хорошо. Только скажи, откуда ты знаешь то, о чем не догадывалась даже я?

— Тогда и вы ответьте мне, Валия, - не переставая улыбаться, задала я встречный вопрос: - Почему вы, ридганда, умеете шить и ведете сами свое дело? Я впервые в Синцерии, и мало знаю о здешних правилах.

— Потому что когда-то я решила, что убежать с любимым – хорошая идея. Единственным правильным решением в моей жизни было то, что я решила попробовать шить. Я росла возле служанки, которая шила и вышивала рядом с моей матерью. Они смеялись и делились опытом. Когда мать умерла, отец женился. И его жена помогала мне скрыть связь с ее кузеном. Я была глупой девчонкой, от которой мачеха легко избавилась, дав мне монет на побег и первое время жизни. Конечно же, мой возлюбленный не приехал туда, где нам положено было встретиться. Он и не собирался. Все получилось так, как хотела она: мой отец не желает меня знать, а ее дети получат все, что могло достаться мне, - закончила Валия, но грусти в ее глазах не было.