Вахтерша только покачала головой и отложила в сторону вязание. Если я не ошибаюсь, то из-под её рук должен выйти свитерок.

— Тогда кто-нибудь может пострадать, — буркнула в ответ Оксана. — Ладно, спасибо за то, что помог донести вещи. Здравствуйте, я Оксана Николаева, вас должны были предупредить обо мне…

— Да-да, одну секунду, — произнесла пожилая вахтерша.

Со стороны её можно было принять за одну из сирен, которые облюбовали скамеечки возле моего дома. Такая же аккуратненькая, морщинистая и благообразная. Вот только сбитые костяшки пальцев показывают, что она далеко не так проста, как хочет показаться. Вряд ли костяшки можно сбить так, пропалывая огород или нанизывая на спицы шерстяную нить.

Вахтерша подняла коробочку телефона, нажала несколько клавиш и сказала:

— Прибыла Оксана Николаева.

В телефонной трубке что-то пискнуло. После этого писка вахтерша кивнула:

— Да, одну секунду, сейчас прибудет смотрительница общежития.

Через несколько секунд раздались тяжелые шаги. По мраморному полу ступали ноги явно не в балетных пуантах. По звуку — печатались гусарские сапоги, и обладатель этих сапог был больше меня раза в два.

Когда же показалась Меланья Казимировна, то я с прискорбием понял, что мой слух меня подвел. Смотрительница общежития была всего в полтора раза больше. При этом она обладала зеленой кожей орка, имела миловидное лицо, которое портили торчащие снизу клыки. При всём при этом орчанка обладала спортивной фигурой, могла похвастаться мощной бицухой и обладала той самой неотразимой харизмой, которая так необходима в играх БДСМ. Из неё получилась бы невероятная госпожа…

Классная тетка. Такой можно на одну титьку лечь, второй накрыться и запросто перезимовать!

Оксана только фыркнула, когда заметила мой взгляд, любовно оглаживающий шикарные формы смотрительницы. И не только она одна увидела этот взгляд. Меланья Казимировна чуть дальше, чем нужно выставила бедро, чтобы на него упали лучи света. И так блеснула карьими глазами, что я невольно сглотнул. Картинка потрясающая!

А уж для того, кто знает, насколько хороши орчанки в постели…

Да и низкий грудной голос придал очарования дикой кобылице, которая очень нуждается в наезднике:

— Здравствуйте, боярыня. Я смотрительница женского общежития Меланья Казимировна Штыкова. Прошу покорнейше прощения, но кавалера надобно оставить возле дверей. Особам мужского полу разрешено посещать комнаты дам только с письменного разрешения ректора. А если какие горячие головы попробуют пробраться в дамские пенаты, то на этот случай у нас есть тётя Люся…

И снова Меланья Казимировна так сверкнула глазом, что будь моя грудь чуть мягче — появилась бы в ней дыра размером с кулак. А так… Только забилось сердце бешено, да в висках застучало.

— Да-да, Эдгарт уже уходит, — кивнула Оксана. — Он помог мне принести вещи…

— Всего доброго, молодой господин, — кивнул орчанка. — Тетя Люся, проследите, чтобы мои слова были поняты правильно.

— Конечно, мадам Штыкова, не извольте сумлеваться, чай оно не в первый раз, — кивнула вахтерша, выложила ключ с розовым номерком и снова вернулась к своему вязанию.

Оксана подхватила свои вещи, кивнула мне, после чего пошла следом за смотрительницей. Эх, как же покачивался обтянутый брючной тканью зад орчанки…

Они вместе скрылись за поворотом, а я всё также продолжал смотреть им вслед.

— Глазки поломаешь, барчонок, — хмыкнула тетя Люся. — Шел бы ты по своим делам…

Вахтерша всё также продолжала позвякивать спицами, творя свой узор. Она поглядывала на меня из-под кустистых бровей и тут же переводила взгляд на вязание. Я почувствовал тут себя лишним. Пора было уходить, но не мог же я уйти просто так?

— Теть Люсь, а что будет, если вдруг какой-то гимназист проникнет в общежитие?

— А вон, видишь на косяке небольшую дырдочку? — вопросом на вопрос ответила вахтерша.

Я невольно оглянулся. Чуть выше петли темнело ровное отверстие, как будто просверленное для неопределенных целей. Вроде для гвоздя неуместно — люди могли задеть. А для самореза тоже не то — косяк был мощным и крепился точно не на клей.

— Эту? — я приложил чуть ниже отверстия палец.

В воздухе свистнуло, и спица вошла точно в отверстие… Синяя нить была накинута на утолщение на конце.

Ого! А это неплохо! Между вахтершей и отверстием было не меньше семи метров. Так точно и так мощно…

— Ну, уж если я в такую дырдочку попадаю, то в благородные яйчишки точно не промажу.

— И много подобных моему вопросов было? — спросил я.

Тетя Люся хмыкнула, резко дернула за нить. Спица мелькнула в воздухе и точно приземлилась в пальцы вахтерши. Ловко, почти как у циркача-жонглера на арене цирка.

— Ты уже пятый спрашиваешь, — мягко улыбнулась тетя Люся. — Думаю, что не последний… Служба в Имперской разведке просто так не проходит.

— Тогда я поспешу попрощаться. Всего доброго, тетя Люся, — улыбнулся я как можно более милой улыбкой.