Что же, тетка серьезная. Чтобы пройти мимо неё придется приложить немало усилий. Но где наша не пропадала?

Когда вышел на улицу, то не обнаружил ни троицу красоток, ни их охрану. Что же, я не слишком сильно опечалился. Раз нет, так нет. Мне ещё надо было устроиться в своем общежитии.

В моем общежитии на месте вахтера сидел кургузый лешачок. Да-да, один из леших, который пах мхом и ландышами. Странно было видно этот экземпляр среди обычной мебели. Обычно лешие не отходят далеко от своих лесов, боров, перелесков. Но этот…

— Эдгарт Пахомов прибыл для заселения! — бодро отрапортовал я.

— Да? Тогда сейчас вызову нашего смотрителя, — лешачок набрал корявыми пальцами номер на телефоне и прошелестел: — Гостомысл Сергеевич, прибыл гимназист на заселение.

Местным смотрителем оказался обычный человек серой наружности. Настолько серой, что когда он показал комнату под номером тринадцать и удалился, попросив располагаться, я уже через секунду не помнил его лицо.

Комната в общаге была самой простой. Кровать в узком пенале, душевая комната, совмещенная с туалетом, небольшая кухня. Всё в простых немарких тонах, просто и недорого.

— Ну что, Чопля, выбирайся! — проговорил я, заглядывая в карман. — Похоже, что мы прибыли.

— Куда ты меня притаранил? — послышался её кислый спросонья голос. — Чо за гадюшник? Где джакузи?

Я не успел ответить, как в дверь постучали.

Вот так вот. И что это за гости так рано? Кому там неймется познакомиться с новичком?

Узнать это можно только открыв дверь. Что я и сделал. На пороге стояли два молодых человека. Двое из ларца, оба пафосных с лица. Ну да, молодые люди стояли приосанившись, словно вознамерились показать свою крутизну одним видом.

Один крупный, в обтягивающей грудь майке. На такой груди мог запросто улечься молодой бычок. Лицо доброе, кирпича просит. Волосы кучерявые, похожие на моток спутанной проволоки.

Второй тощий, высокий, явно пародирующий ручку от швабры. У этого лицо было недовольное, как будто всю жизнь маялся от изжоги.

— Господа, чем обязан? — я постарался быть максимально вежливым.

Меня ощупали внимательными взглядами. Словно рентгенами просветили. Похоже, что взвесили, оценили, нашлепнули ценники. А моя одежда и не очень праздничная, да и вид не очень презентабельный. Ну и они своими домашними тапочками вряд ли каблуками щелкнут!

— Доброго дня, — кивнул тощий. — Рады приветствовать вас в нашем общежитии. Мы ваши соседи из четырнадцатой и двенадцатой комнат. Меня зовут Савелий Александрович Говардский, сын боярина Говардского, а моего друга величают Кирилл Иванович Лопырев, он сын барона Лопырева.

Если молодые люди начинают общаться вежливо, то либо станут денег клянчить, либо предложат подраться. Либо сразу и то и другое. Даже среди аристократии. Пусть и будет облачено в шлейф изысканности, а не проделан банальный быдлячий наезд.

— Добрый день, я тоже рад находиться тут, в окружении таких вежливых соседей, — я нацепил самую любезную маску из того арсенала, который находился у меня в запасе. — Разрешите представиться — Эдгарт Николаевич Южский, сын боярина Южского. Прошу вас, проходите, не стоит друзей держать на пороге.

Они переглянулись друг с другом. Похоже, что слова о «друзьях» были преждевременны, но я специально так сказал. Проложил небольшую тропиночку к сердцам соседей — если я хочу собрать информацию о деле, то лучше всего её собирать в дружеской компании.

— Странно видеть вас в общежитии посреди учебного года, — заметил баском Лопырев. — Обычно все появляются загодя…

Я вспомнил о легенде, которую предложил император. Ну что же, можно и на ней сыграть. Молодые люди явно не со злом пришли. Только если за «пропиской»…

— Моего папеньку в одно время сослали далеко на север, но… Сейчас разобрались и узнали, что отца оболгали. Клеветника и преступника Куваева лишили жизни, а папеньку… Его помиловали, вернули обратно в столицу и облагодетельствовали. А меня засунули в гимназию, дабы получил высокое образование и наверстал упущенное.

— Да? Тогда рады, чтоу вас всё наладилось, и вы будете учиться вместе с нами, — кивнул Говардский. — Очень рады… Очень-очень рады… Мда…

Возникла неловкая пауза. Сдается мне, что её специально создали, чтобы подготовить «новичка». Чтобы он слегка понервничал, а потом ему предложили выпить за знакомство. За его счет, разумеется. Подобное предложение дружбы после тягучей паузы должно вызвать облегчение и полное согласие.

Есть в общежитиях такая традиция, что новички проставляются за прописку. Обычно накрывается «полянка» и распивается бутылочка. Что же, если ребята пришли именно за этим, то за рюмкой спиртного язык развяжется охотнее. И нужная мне информация может выплыть наружу.