К этому времени я уже пришел в себя. Тело отозвалось и, открутив немного времени назад, понял, что она спрашивала меня о Германской империи.

— Да, Алиса Филипповна, всё в порядке. Немного задумался о лете, о море, о чайках. Вы спрашивали — какими морями омывается Германская империя? Отвечаю — тремя! На севере Германия омывается тремя морями. Северное море привлекает посетителей своими рассыпанными у побережья небольшими островками, чистым воздухом, покоем, а летом — своими песчаными пляжами. Своеобразие Балтийского моря заключается в глубоких фьордах на западе и широких пляжах на востоке. Ещё есть Ваттовое море…

— Да, есть такое море, — кивнула преподавательница. — Но…

— Конечно же есть! Хотя это всего лишь прерывистая череда ваттов у берегов Нидерландов, Германии и Дании, часть акватории Северного моря, ограниченная цепью Фризских островов. Ваттовое море обычно не выделяется как самостоятельное, а рассматривается, как часть Северного моря.

— Что же, всё верно, Эдгарт, — сказала преподавательница. — Только в следующий раз вставай, если я спрашиваю.

— Так точно! Встану! — рявкнул я в ответ и вытаращился, преданно поедая её глазами. — Обязательно встану!

Попытался сделать мину тупого солдафона, который неожиданно увидел любимого генерала. Алиса Филипповна кашлянула, опустила глаза и явно смутилась.

Ну, или сделала вид. На губах моих одноклассников появились легкие улыбки. Только Оксана нахмурила брови так, что между ними запросто мог удержаться пятак. Я пожал плечами в ответ, мол, такой уж я вот весь и не могу иначе.

— Что же, господа, продолжаем наш урок, — произнесла преподавательница. — В Германской империи существует множество достопримечательностей и памятников многовековой культуры: замков и дворцов, церквей и монастырей, древних городов с их крепостными стенами, воротами и башнями, со старыми домами аристократов в полных романтики улицах.

Я уже слушал вполуха. Нет, я отмечал то, что она говорила, но теперь уже не уходил в воспоминания, а старательно фиксировал поведение остальных учащихся. И ничего…

Просто ничего. Все вели себя естественно. Поглядывали на меня, косились на Оксану, но в основном ничем не отличались от обычных учеников.

Алиса Филипповна продолжала рассказывать про Германскую империю. Кто-то записывал, кто-то делал вид. В общем, все были заняты. Я начал откровенно скучать. Мне бы сейчас лучше на физкультуру или куда на урок по магическим единоборствам. А так… Приходится сидеть и слушать про империю, в которую я пока что не собираюсь.

До конца урока осталось десять минут, когда я ощутил, что в моей голове аккуратно появился гость. Алиса Филипповна не показывала вида, продолжала рассказывать, а сама крайне осторожно начала осматриваться в моей бестолковке.

Неужели ей и в самом деле было интересно — что творится под волосяным покровом симпатичного гимназиста? Ну что же, я предупреждал, так что держи, подруга!

Я представил яркую картинку того, что мы занимаемся с ней сексом. Причем занимаемся яростно, с неимоверной отдачей. Вот она прыгает на мне так быстро, что большая грудь не успевает до конца упасть, как тут же взмывает ввысь. Вот она изображает собаку, а я сжимаю её руками сзади. Вот мы вместе в невероятном сплетении рук и ног, какое только можно найти в индийской книге «Комубысутра».

— Ах! — только и услышал я, когда неожиданный посетитель испарился.

На щеках Алисы Филипповны возник румянец. Похоже, что я слегка переборщил с картинкой. Ну да ничего — пусть знает!

Мне оставалось только ухмыльнуться. Дальнейший остаток урока прошел спокойно.

На перемене мы с Оксаной отошли к подоконнику. На нас мало обращали внимания, а Савелий с Кириллом помахали рукой, мол, скоро вернемся.

Как я и думал — в гимназии держатся в основном группками. Небольшие группы тех, кто побогаче, косился на те группки, которые были победнее. И так дальше. Как будто уже сейчас набирали в свой дружбофонд нужных людей.

Дворяне, что с них взять? Они же всю жизнь только над златом чахнут и стараются не уронить лицо.

Оксана прислонилась к подоконнику пятой точкой. Она посматривала по сторонам и чуть покусывала нижнюю губу.

— Ну что, — спросил я. — Какие ощущения?

— Я… я не знаю. Они все обычные. Обычные люди, эльфы, хоббиты и оборотни. Я не знаю — есть ли среди них зазовка?

— Вот и я не знаю, — вздохнул я в ответ. — И не знаю — есть ли она тут вообще. Трудно найти черную кошку в черной комнате.

— Да! — кивнула Оксана. — Особенно тогда, когда её там нет.

В это время к нам подошли Кирилл и Савелий. В руках того и другого находились по бутылке негазированной воды. Пусть парни выглядели не очень, но от них не несло перегаром, да и держались они оба молодцами. Я представил их Оксане, а Оксану им. В общем, выполнил программу вежливости.

— Мы вчера познакомились и сходили на спектакль, — сказал я, заговорщицки подмигивая ребятам.

— Да-да, отличный спектакль, — произнес Савелий. — Из двух актов и антракта.