— Вот так, значит.

Багратов складывает руки под грудью. Ткань рубашки мгновенно облепляет его плечи и руки так, словно вторая кожа.

— О татушках поговорить хочешь. Ну-ну.

Всего несколько слов, но внутри под ложечкой внезапно засосало.

— Нельзя?

— Я скажу, чего тебе, мышонок, ни в коем случае делать нельзя!

Он говорил со мной мягко. Ранее — мягко, понимаю я.

Но игры закончились, как и его терпение. Багратов сделал резкий шаг в мою сторону.

Быстрый, молниеносный.

Воздух колыхнулся вслед его движению. Я испуганно пячусь.

Собственные ноги становятся ходулями. Запинаюсь одной пяткой о другую и лечу спиной на кровать.

Багратов мгновенно нависает сверху и придавливает ладонью мой рот, закрывая. Большое, сильное тело зрелого мужчины оказывается сверху. Во рту становится еще суше. Тело пронизывает иголочками всюду, в самых неожиданных местах, в особенности.

Внизу живота начинает тянуть от близкого контакта с мужчиной. О нем можно сказать лишь одно — опасность. Нервные окончания дрожат все, до единого. Багратов продолжает держать меня пришпиленной к кровати, а его колено втиснуто в точности между моих ног. Взгляд быстро темнеет, становится невыносимо смотреть ему в глаза.

Дышать становится нечем. Я начинаю паниковать и царапать Багратова.

Ему хоть бы что. Под моими ногтями — железо.

Сознание начинает гаснуть, мигать, как перегорающая лампочка. От страха, от осознания того, что я брошена в клетку льву на съедение, и помощь не придет…

Багратов немного отпускает позволяет на секунду жадно хапнуть воздух ртом, а потом снова сдавливает. Он весь — сплошное железо и камень. Не мужчина, а титан. Ни одного живого, уязвимого места. В моем сознании проносится какая-то ужасно глупая мысль. Рука сама движется между нашими. телами. В лицо доносится изумленный, горячий выдох мужчины.

— Ты схватила меня за мошонку!

Пальцы на горле разжимаются ровно настолько, чтобы позволить мне дышать.

— Отпусти, глупышка. Тебе в этом плане ничего не светит. Кувыркаться с тобой я не собираюсь.

— Не отпущу, — говорю хрипло, сжав пальцы сильнее.

Хорошо, что на нем тонкие брюки и белье. С джинсами бы так не вышло. Багратов выдыхает короче.

— Осторожнее с Фаберже.

— На ощупь, самые обыкновенные.

— Очевидно, ты в этом деле знаток? — ухмыляется.

Неужели ему совсем не больно? Я же так крепко схватила…

— Хват у тебя умелый, — продолжает как ни в чем не бывало. — А по мордашке и не скажешь, что ты из опытных девушек!

— Отпустите. Иначе раздавлю!

— Раздавишь, а потом, что? Омлет взобьешь? — продолжает шутить.

Стискиваю зубы, чтобы не выдать растерянность. Он либо совсем нечувствителен, либо у него сильно занижен болевой порог.

Я сжимаюсь в комочек под темным взглядом мужчины. Багратов смотрит на меня как на комара. Я отдергиваю руку, словно ошпаренная. Багратов медленно выпрямляется.

— Сейчас тебя переоденут, покрасят мордашку и сделают укладку.

— Зачем? — настораживаюсь.

— Ты поедешь со мной. Твой первый выход в свет. Постарайся быть ласковой кошечкой!

— Чего-чего?

Багратов ругнулся.

— Будешь прилипалой, то есть нужно выглядеть доступно! Постарайся угождать во всем. Поняла?

— Еще чего! Уверена, у вас найдется куча, как выразились, прилипал. Оставьте эту почетную обязанность другим, не лишайте девочек работы и возможности подержаться за ваши весьма ценные Фаберже!

— Три часа на сборы, — бросает через плечо.

— Три часа? Да мне и одной секунды хватит. Я говорю вам “нет”!

— Ты не поняла, Мышонок. Это не предложение о работе, с возможностью отказаться. Это приказ. Прямой приказ.

ЧТО?!

 Моего согласия ему не требуется?!

— Это шутка такая, да?

Спрашиваю с надеждой. Багратов наделяет меня темным взглядом. Его слова звучат безжалостно.

— У тебя был шанс отказаться участвовать во всем этом. Ты его феерично профукала! Теперь… — широко разводит руками. — Будешь барахтаться в той же грязи, что и я.

Багратов уходит вразвалочку.

Несколько слезинок сбегают вниз по щекам. Я вытираю их в ту же секунду! Во мне кипит злость и бессильная ярость.

Еще больше злости становится через минуту, когда просторная спальня заполняется передвижными вешалками, на которых красуется несколько десятков пакетов с одеждой.

О черт...

Багратов не шутил!

Действительно, меня ждут сборы!

***

В комплект к вешалкам с люксовой одеждой идут три девицы. Первая бросается к моим рукам и требует показать ножки. Все ясно, специалист по ноготочкам. Вторая охает и чуть не рыдает над моими обчикрыженными волосами, убеждая, что все исправит и сделает в лучшем виде.