Тамплиеры молча стукнули кулаками в грудь. Мне показалось, что прямо чувствую исходящее от них довольство. Эти двое радовались тому, что не прогадали, поставили на зеро — и внезапно выиграли, оказавшись, вместо весьма сомнительной авантюры, в настоящей команде победителей. Да и к тому же, как любые вояки, они естественно радовались разгрому общего противника, пусть даже сами не приложили к этому руку.

Яромира встала со своего места, подошла и приобняла меня. Широкая искренняя улыбка и светящиеся счастьем глаза говорили сами за себя.

Что же до нашего первого пилота, Александер молча развёл руками. Выражение лица он имел при этом очень странное. Судя по всему, досада от моей необузданной неуправляемости, от того, что совсем его не слушаю, боролась в нём с восторгом от настолько удачного завершения авантюры.

Правда, не выдержав, он в конце концов всё-таки не удержался от критики:

— Я очень рад, как всё закончилось. Но не могу не заметить. Чтобы иметь флот — недостаточно иметь одни корабли… Нужны ещё команды!

— С этим что-нибудь решим. У вас ведь была библиотека имперских гипнозаписей? Там есть что-то, посвящённое управлению кораблями?

— Есть. Наша команда с помощью этих гипнозаписей и училась. Но… Они ведь дают только теоретическую базу. Без практики, без умелых наставников, она бесполезна.

— С этим тоже что-нибудь решим.

— Ну… Я надеюсь. Вообще, с большим удовольствием занялся бы этими кораблями. Всё-таки, я рунный мастер, и хорошо разбираюсь во флотских агрегатах…

Усмехнулся. Первый пилот тщательно скрывал то, насколько ему хочется закопаться в потроха захваченных фрегата и корвета. Но от меня это, конечно же, не укрылось.

— Думаю, это вполне можно устроить. Но сначала надо убраться отсюда, а то мало ли кто ещё по нашу душу заявится…

— Возвращаемся в сектор Белых?

— Да.

У меня было серьёзное подозрение, что если останемся в секторе Огневых и даже попытаемся сесть на какую-то из лапут, ничего нам на самом деле не будет. Не станет Мельник стрелять по тому, кто с немалой степенью вероятности является главой семьи, которой он служит. Пусть даже вероятность эта и далеко не сто процентов.

Но проверять не стал. Не потому, что боялся рисковать и не хотел додавливать верхушку управленческого аппарата Огневых, а скорее потому, что был за этих людей способен, как ни за кого. То, как они могут справиться с угрозой извне, Вениамин и Мельник продемонстрировали на практике.

У нас же оставались незавершённые дела в секторе Белых, и было на прицепе два захваченных корабля.

— Александер. Возьмёшь управление? Я курс забил, но мало ли что там по дороге случится…

— Вот как, значит… Меня теперь к рулю пускают только чтобы перегнать нашу «Косатоньку» из одной точки в другую…

— Ты бы смог провести бой с пиратами настолько же эффективно?

— Да я просто брюзжу немножко, не обращайте внимание. Всё правильно.

— Возьму у тебя юнгу?

— Да, а зачем?

— Он говорил, что никогда а абордаже не участвовал… Вот, хочу исправить эту оплошность!

— Тогда нет!

— Поздно, уже согласился. Пошли, Хосе…

Надо ли говорить, что глаза юнги уже вовсю жадно горели, а сам он еле сдерживал возбуждение?

На самом деле, «абордаж» — это было громко сказано. Люди Снегиря, при поддержке тамплиеров, просто высадились сначала на один корабль, а потом на другой. Пираты уже сложили оружие, сопротивления не оказывали, и обе операции прошли без малейших проблем.

Я распорядился переправить пленных офицеров на «Косатку», а остальных оставить на захваченных кораблях. И попросил Снегиря заняться немножко не своим делом — начать допросы рядовых пиратов, которым предполагалось сначала объяснить, что в условия сдачи сохранение их жизней никак не входило, и свою полезность, как и право на существование, ещё необходимо подтвердить. Информацией.

Людей на всё отчаянно не хватало, и если бы что-то пошло не так, у нас могли возникнуть серьёзные проблемы. К счастью — обошлось. Наверняка, помог авторитет тампилеров, которых космические разбойники просто-напросто боялись. И вдвойне к счастью, что на нас никто больше напасть не пытался.

Никакого удовольствия от этих разговоров я не получил. Если бы не подкрепил своё обещание клятвой, наверное, отправил бы мразей прогуляться из шлюза в направлении планеты, столько на их руках было крови. Они это понимали, и даже пытались сначала глумиться. Пришлось напомнить, что «сохранить жизнь» не равно «остаться здоровым и дееспособным».

Яромира присутствовала на допросах тоже, очень уж ей было интересно, как всё происходит. Сначала пытался её отговаривать, но быстро понял, что бесполезно. Собственно, из-за этого чуть не нарушил клятву, когда капитан корвета отпустил в её сторону сальную шутку. Но я сдержался, а пират отделался только сломанными в двух местах руками и расквашенным носом. Оказывать ему первую помощь запретил, и отпустил обратно в помещение, где содержались пленные. Такая наглядная демонстрация сделала их более покладистыми и осторожными.