…Тайбери предлагал мне пойти к нему домой. Всерьёз или нет?..

…Он говорил, что видит красоту моими глазами…

…И ещё он поцеловал меня по-настоящему. На короткий поцелуй в щёчку в знак благодарности это явно не походило.

А ещё это дурацкое сияние! Оно что, всю жизнь меня будет преследовать, назойливо лезть под руку и напоминать, что у меня есть истинная любовь?

А ещё… а ещё…

Я не знала, что я чувствую. Точнее, слишком хорошо знала!

Сердце стучало напряжённо и неровно, не давая мне заснуть. Тик… тик-тик… Я сердито ткнула подушку и перевернулась на другой бок. Да что ж такое-то!

И тут я услышала странный звук за окном. Словно кто-то, не утруждая себя соблюдением маскировки, самым наглым образом взбирался по стене.

Я села в постели. В следующий миг на подоконнике показалась рука. А ещё через секунду неведомый грабитель перекинул на подоконник ногу в чёрном сапоге боевого костюма.

В очень знакомом чёрном сапоге.

С изумлением я глядела, как Тайбери забирается на подоконник целиком и усаживается так непринуждённо, словно находится у себя дома.

– Ты как сюда вообще пробрался? – наконец обрела я дар речи.

Знакомая усмешка сверкнула на его лице.

– Не поверишь, но твой кристалл открывает мне сюда доступ. Кажется, особняк думает, что я – твоя шейра.

Я мысленно застонала. Я забыла закрыть доступ отдельно для Тайбери. Что ж, второй раз он сюда не залезет.

– Допустим, – устало сказала я. – И что ты здесь делаешь?

– Как, неужели ты забыла? – Тайбери картинно изогнул бровь. – Выполняю условия проигранного мной поединка, разумеется. Раз уж ты победила, следовательно, я – твой трофей на всю эту ночь.

– Так уже почти полночь! – возмущённо сообщила я. – Как-то ты не торопился!

– Боялся своей страшной участи, наверное, – небрежно предположил Тайбери, бесцеремонно оглядывая мою комнату. – Надо же, что я вижу!

Я обречённо вздохнула. Он всё-таки увидел мою коллекцию кактусов!

Маленькую! Скромную! Изящная песочная пирамида занимала лишь один угол, и кактусы там не толпились, а росли привольно и вольготно, лишь изредка настойчиво шелестя, если в их зоне видимости оказывалась тарелка с одиноким авокадо.

– Никакой связи с тобой здесь нет, – решительно сказала я. – Просто я люблю кактусы.

– Угу, – хмыкнул Тайбери. – Нужно было привезти портрет Виолетты тебе на новоселье. Им на закуску.

– Хорошо хоть, не твой портрет, – пробормотала я.

Тайбери окинул многозначительным взглядом мою ночную сорочку.

– Хочешь, чтобы я позировал для обнажённой натуры? – Он небрежно поднялся и потянулся. – Я-то думал, тебя вполне устраивает оригинал.

Оригинал, что греха таить, был хорош. И ноги, и узкие бёдра, и скулы, линии которых я помнила наизусть… и беспардонно длинные ресницы, обрамляющие такие знакомые серые глаза.

Но я не поддамся. И вообще не дамся.

– Знаешь что, – решительно сказала я, откидывая одеяло и поднимаясь, – уже поздно, а я хочу спать. Картошка почищена, в доме чисто, а разбивать огород я пока передумала. Так что можешь считать свой тягостный долг выполненным.

– Кто сказал, что он тягостный?

Тайбери наклонил голову, оглядывая меня и мою длинную, до пят, просторную и скромную сорочку очень… повелительским взглядом.

– Ты хочешь остаться? – неожиданно севшим голосом спросила я.

– Ну-у… – протянул Тайбери. – Не то чтобы очень, но если меня начать страстно уговаривать…

Я чуть не закашлялась от такой наглости.

– А пинком в окно?

– Это теперь у тебя такие повелительские замашки? – поднял бровь Тайбери. – А если отшлёпаю?

– А если я тебя… – я запнулась. «Запру в дядиной лаборатории на алтаре и надругаюсь» как-то слишком уж зловеще звучало. – А если это я буду приходить к тебе по ночам? И буду поливать твои кактусы всю оставшуюся жизнь, пугая твоих правнуков?

– Страшная угроза, – покачал головой Тайбери, шагнув от подоконника ко мне и не отрывая взгляда от моей сорочки. – Увы, неосуществимая.

– Это почему же?

– Потому что ты боишься.

Я открыла рот. Я? Боюсь? Своих родных кактусов?! С чего бы это?

– Ты мне доверяла целиком и полностью, когда я был твоим повелителем, – напомнил Тайбери. – Потому что нас объединял контракт. Ты никуда не могла уйти, но и я не мог от тебя деться. А теперь могу.

– Чтобы куда-нибудь деться, ты должен сначала раздеться! – вырвалось у меня. Брови Тайбери взлетели вверх, и я почувствовала, как начинают гореть уши. – То есть…