— Олег?
– Виктория хлопает глазами, очень стараясь смотреть на меня, а не на спортивный «Порше» кабриолет за моей спиной.
– Добрый день!

— Здравствуйте, Виктория.
– Я - сама галантность, приправленная каплей вежливости и посыпанная щепоткой дружелюбия.
– Хотите, сделаю так, чтобы владельца того старого ведра целую неделю имели на каждом перекрестке?

Я киваю в сторону отъезжающего авто, с водителем которого у нее случилась перепелка.

— А вы можете?
– Она раздраженно поправляет волосы.

— Я много чего могу, - добавляю к своему образу ноту таинственной многозначительности.
– Особенно, если дело касается очаровательной женщины.

Очаровательность и Виктория - это две точки одной прямой, которым не дано пересечься, но тем охотнее она проглатывает эту примитивную лесть.

— Так приятно знать, что в мире еще остались настоящие мужчины, - очень наигранно лепечет она и кривит губы в попытке изобразить глубокие душевные муки.
– Я уже разочаровалась и отчаялась встретить достойного человека.

Уверен, если бы не страх испортить тщательно наложенный макияж, она бы уже бросилась рыдать мне на грудь.

— Виктория, не сочтите за грубость, - я немного подаюсь вперед, как в тот раз на даче, когда разыгрывал своего в доску, - но, по-моему, вам срочно нужен хороший обед, бокал красного вина и понимающий собеседник. А у меня как раз есть свободный час.

— О, боюсь, часа будет слишком мало.
– Она пытается одновременно выглядеть и слегка флиртующей, и драматично-огорченной. А по факту похожа на актрису погорелого театра.

— Именно поэтому я ушел в мир большого бизнеса.
– Я с улыбкой открываю ей дверцу машины.

— Чтобы иметь возможность… вот этого?
– Виктория садится и жадно втягивает запах кожаного салона.

— Чтобы иногда опаздывать на работу, - подмигиваю я.

Она настолько примитивна и предсказуема, что именно это и вызывает мой интерес - люблю наблюдать как бабочки-капустницы из кожи вон лезут, чтобы стать изящными колибри. Потому что в их случае эволюция обычно работает в обратную сторону. Но, может быть, она все-таки сможет меня удивить?

Ну или хотя бы отсосет.

Глава шестьдесят шестая: Юпитер

Я отвожу Викторию в маленький ресторанчик неподалеку - здесь в это время обычно малолюдно, но ресторатор знает, что я люблю сидеть за столиком в самом углу, где меня не беспокоят звуки и шорох внешнего мира. Именно туда нас и усаживают, и пока Виктория жадно изучает меню, у меня звонит телефон. Это - Ника. Видимо увидела мой вызов и спешит узнать, в чем дело. Умница. И за это получит свой новый приятный подарок.

— Что-то случилось?
– после приветствия обеспокоена спрашивает моя девочка.
– Я была в душе, но уверена, что не слышала, как звонит телефон.

— Просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь, - говорю я почти с нежностью.

Виктория поднимает взгляд над планшеткой меню и, когда понимает, что ее застукали на подслушивании, сразу снова его опускает. Но точно слышит и ловит каждое слово.

— Все хорошо.
– Голос Ники звучит немного глухо. Она до сих пор обижается.

— Приготовишь что-нибудь итальянское на ужин?
– предлагаю я и достаю из кармана бархатную коробочку, разглядывая ее и ставя на тарелку перед собой, словно изысканный десерт.
– Посмотрим тот сериал, помнишь? Про дьявола. Я сегодня буду раньше.

— Конечно, с удовольствием. Давно не проводили вечера только вдвоем.

— Люблю тебя, родная.

— И я тебя, Юпитер.

Когда я прячу телефон, и официант принимает заказ, Виктория первой нарушает тишину за столом.

— У вас такие прекрасные отношения с женой.
– Еще одна слишком фальшивая лесть. С куда большим удовольствием она сказала бы, что моя маленькая женушка - тощая бесцветная амеба, абсолютно мне не подходит и в мире точно есть «более подходящая женщина, способная сделать меня счастливым».
– Только глядя на такие пары я еще на что-то надеюсь.

— Звучит как будто у вас неприятности с Максом, - подталкиваю ее, наконец, к скорбной повести.
– Простите, если это не мое дело.

— Мы расстались.
– Она снова кривит губы, но эта тема ее определенно интересует куда меньше бархатной коробочки с красивым шелковым бантом.
– Наверное, подарок к особенной дате?

Я «милостиво» переставляю коробку на ее край стала и взглядом предлагаю взглянуть.

— Но мне придется… его развязать?
– Виктория мнет в пальцах края ленточки.