Шрифт:
Игорь
Представляя Алису своей спутницей, испытывал непонятное удовольствие.
Видел, как мужики смотрят на неё, но не чувствовал ревности. Только гордость. Пусть смотрят, а проверять, действительно ли девчонка надела чулки, буду я.
Я ошибся. А ошибки признавать умею.
Был уверен, что потеряю интерес к этой женщине быстро, как бывало всегда. Пара встреч, и становится скучно. И в разговорах, и в постели.
Но Алису я хочу сильнее с каждым днём. Слишком много моих мыслей занимает, слишком тянет к ней после работы.
Пробовал сопротивляться по началу, но в этом мало смысла. Я хочу — я беру. Не вижу поводов для отказа.
Диалог закончил давно, договорившись о встрече в моём офисе, и несколько минут наблюдал за красной шапочкой.
Она выделялась из толпы чопорных девиц. Живая, искрящаяся энергией и позитивом. Даже когда тихонько уплетала всё подряд, стоя ко мне спиной, я видел, что она другая. Настоящая.
— Игорь Сергеевич, вечер добрый.
От наблюдения меня оторвал знакомый голос.
— Добрый вечер, Никита.
Нехотя отвёл взгляд от Алисы, чтобы поздороваться с одним из моих будущих инвесторов.
— Презентация прошла на «ура», как вы считаете? — спросил мужчина.
— Да, но нас не интересует, — ответил и вновь бросил взгляд в сторону столов, желая убедиться, что красная шапочка ещё набивает живот.
Алимов ехидно улыбнулся, вызывая острое желание поскорее закончить этот разговор, схватить рыжую в охапку и увезти, наконец, домой. Дел здесь больше нет.
Инвестор топтался на месте, будто искал повод задержаться возле меня. К нежелательному присутствию людей рядом я давно привык, поэтому перестал обращать на него внимание.
В очередной раз пробежавшись глазами по фигуре красной шапочки, продолжающей стоять ко мне спиной, решил, что действительно пора сваливать, но Алимов вновь заговорил, заставляя нахмуриться:
— Кстати, видел здесь одну журналистку. Едва узнал! Если бы она не была такой горячей штучкой, не обратил бы внимания. В прошлом месяце приходила ко мне, пронюхав, что мы с тобой собираемся вместе работать. Просила устроить встречу…
Я напрягся, вернув всё своё внимание инвестору.
— Я, конечно, отказал. Так она не растерялась. Предложила напечатать хвалебную статью в обмен на сведения о тебе.
Алимов заржал, а я нахмурился сильнее. Продажные репортёры. Знаю, что охотятся за мной, но не думал, что готовы покупать информацию…
Надо скорее сваливать, пока эта ушлая журналистка меня не нашла.
— Ты смотри, вон она! — вдруг воскликнул Никита, и я перевёл взгляд туда, куда смотрел он. — Эх, хороша… Надо было сдать тебя за перепихон! Ты посмотри, какой рот рабочий! А жопа — орех…
Алимов смотрел точно туда, где стояла Алиса. Вокруг неё вились одни мужики, и ошибиться я мог, только если у инвестора косоглазие…
— Как, говоришь, её зовут? — спросил, уже зная ответ.
— Алиса Зиминина. Или Зинина… Нет! Зимина! Точно.
На секунду я оглох.
«Мне не надо, чтобы он дар речи терял, совсем наоборот. К тому же, сколько ему там? Сорок с хвостиком? В этом возрасте ещё стоит?»
Слова Алисы, произнесённые на балконе в тот вечер, когда я впервые увидел её, всплыли в сознании, вызывая резкую головную боль.
Конечно, она приходила на ту вечеринку, чтобы развести меня. Красная шапочка говорила обо мне. Вырядилась шлюхой, чтобы я обратил на неё внимание…
И я обратил. Расчёт маленькой сучки был верным… Рассказал про Машу, про то, как пришёл в бизнес… Тварь!
Впервые в жизни после смерти жены я впустил женщину в свою жизнь. Ледяная глыба, выросшая в груди на месте сердца, начала таять с появлением красной шапочки. А теперь снова замёрзла. Да так, что, не выдержав, треснула и разлетелась на осколки.
Всё, что я теперь ощущаю — ярость. Слепая ярость и гнев.
ГЛАВА 22
Игорь шёл медленно, не сводя с меня пугающего взгляда.
Каждый его шаг, словно выстрел, отдавался в висках, заставляя сердце замирать.
Я не боюсь его. Знаю, Игорь никогда не причинит мне вреда. Но руки дрожат от волнения — под его взглядом невозможно оставаться спокойной.
Суржевский подошёл вплотную. Так, что я не видела больше ничего и никого вокруг. Ощущала лишь жар, исходящий от его крепкого тела, его обжигающее дыхание на своём лице.