— Мы можем помочь и другими способами, — не унимался Гарт. — Мы хотим увидеть, как стены Ильдакара падут и люди будут освобождены. Рабы вынуждены выполнять прихоти дворян, но в городе назревают волнения. Когда я сбежал, человек по имени Зерцалоликий сплачивал низшие классы. Он мог бы стать для вас мощным союзником. Я могу отправить в город весточку, которая способна поднять восстание. — Он улыбнулся. — Ильдакар падет от внутренней угрозы, даже если ваша армия разрушит стены. Это будет легкая победа.

— Я обдумаю эту идею, — сказал Енох. — Хотя обычно наш генерал использует другой подход.

К тому времени, как фургоны и пустые бочки были готовы, Енох успел все обдумать. Их огромный лагерь был жалок, потому что все палатки, инструменты и припасы обратились в ничто.

— Вижу, у вас есть лесопилка, — кивнул он на ручей. — Нам понадобится много досок и бревен, чтобы отстроить здания командования. А еще ткань для палаток и флагов. — Он кивнул сам себе, вспомнив, что все их яркие знамена давно истлели.

Жители города теперь казались встревоженными еще больше, но не отказали в просьбе. Гарт ослабевшим голосом приказал доставить припасы и погрузить их в фургоны.

— И инструменты, — продолжил Енох. — У нас почти ничего нет. Нам нужны киянки, пилы, молотки, гвозди и ломы.

— Пожалуйста, первый командующий, — возразил глава поселения. — Это разорит Страверу.

— Служить армии генерала Утроса не всегда легко, — резко сказал Енох. Он сломит этих людей так или иначе — с их согласия или грубой силой.

— Но наше будущее... — взмолился Гарт. — Во имя духов, я просто хочу сказать, что это будет непросто. — Обливаясь потом, он поскреб свою густую бороду.

— У вас есть дети? — спросил Енох.

— Дети? — удивился такому вопросу Гарт. — Что ж, у меня два маленьких сына и дочка, совсем кроха.

— Хорошо. А вообще в Стравере много детей?

— В любом городе есть дети, — ответил кузнец, что-то заподозрив. — На прошлой неделе как раз родились двое. Двадцать детей учатся письму и счету в нашей школе. Из-за жизни в рабстве мало кто из нас получил образование, и мы хотим исправить это.

— Двадцать, хорошо, — сказал Енох. — Особенно меня интересуют упомянутые тобой младенцы. — Он ничего не смыслил в магии, но подозревал, что у младенцев самая сильная кровь. — Нам нужны все. Приведите их.

Жители Страверы ахнули, то ли не понимая, то ли не веря в происходящее.

— Ваши дети! Быстро! — прорычал Енох. — Приведите всех. Я ожидаю увидеть двадцать детей и трех младенцев.

Сотня его солдат шагнула вперед, сомкнув ряды по обеим сторонам от первого командующего. Горожане начали плакать, кто-то попытался ускользнуть. Двое солдат Еноха схватили девушку, кинувшуюся бежать, изрубили ее тяжелыми мечами и бросили окровавленное тело на городской площади. Горожане закричали, но выполняли поручение первого командующего недостаточно быстро.

— Убейте еще одного! — рявкнул Енох.

Двое воинов схватили худого мужчину с длинными волосами, который сопротивлялся и изворачивался. На этот раз они даже не воспользовались оружием, а просто изломали его тело, ударив твердыми коленями по позвоночнику, шее и рукам. Раздался громкий треск ломающихся костей.

Поселенцы подчинились, и вскоре под громкий вой и плач из домов вывели группу растерянных детей различного возраста: от малышей до подростков. Многие из них дрожали. Одни были одеты в лохмотья, другие же — в добротную одежду, скорее всего, прихваченную во время побега из Ильдакара.

Дожидаясь исполнения приказа, Енох приметил загон для коз. Он велел своим людям выпустить коз, а потом отвести в освободившийся загон детей. Трех младенцев вручили совсем юным девушкам, которых тоже загнали за ограду.

Гарт обеспокоился еще больше, когда увидел, что мальчиков и девочек заперли в загоне.

— Довольно! Вы не можете забрать у нас все.

— Мы и не хотим забирать все, — сказал Енох, глядя на всполошившихся взрослых. — Ты нам не нужен.

Страверцы попытались снова встать в оборонительную шеренгу, но Енох отдал солдатам приказ, и началась бойня. Как бы решительно ни были настроены поселенцы, они не могли тягаться с сотней обученных воинов с мечами.

Когда погибли больше двадцати жителей, Гарт упал на колени, воздев руки и вопрошая, за что им все это. Енох оставил его в живых до тех пор, пока не перебили всех остальных, а затем лично обезглавил кузнеца.

Дети внутри загона кричали и плакали. Некоторые просто застыли от шока. Десять солдат окружили загон и следили, чтобы никто из мальчиков и девочек не пытался сбежать.

— Их нужно связать? — спросил один из солдат. — Они замедлят нас, если мы потащим их в лагерь через лес.